И мне до сих пор не верилось, что вот все это случилось со мной и по-настоящему. Словно дурной сон и никак иначе. Но спустя время ходьба туда-сюда утомила меня, да и боль все чаще намекала, чтобы я остановилась, а в идеале вообще прилегла. Но и матрас вызывал во мне отторжение не менее того же ведра.
Интересно, сколько прошло времени с того момента, как меня похитили? В таком месте, как это очень тяжело измерять время, да и доверять своим ощущениям никак нельзя. Но я очень надеюсь на то, что Маркел уже знает обо мне. Хотя кто его знает. Вполне может быть, что у Алексея планы такие, что я сама никогда не додумаюсь до них. Черт! Мысли в голове крутятся как белка в колесе и остановить просто нет возможности, а голова от мыслей уже пухнет.
Но больше всего, я молила об одном, чтобы меня не тронули. Это самое страшное, что может случится с самой женщиной, и успокаивала себя тем, что за дверью никого нет, так как было настолько тихо, что от этой тишины непонятно как, но закладывало уши.
Только вот, я так устала от всего пережитого и постоянного нервного напряжения, что меня начало клонить в сон. Я пересела так, чтобы могла опереться спиной о стену и прикрыла глаза надеясь на лучшее.
Я так и не могла понять, сон был поверхностным или я все-таки заснула. Но перед глазами были непонятные картины. То меня опять похищали и куда-то тянули, то видела, как Маркел дрался с Алексеем, но они остановились, когда послушался им какой-то … взрыв?
Я как ужаленная подорвалась и в непонимании осмотрелась по сторонам.
Снаружи дома что-то происходило.
Отчетливо были слышны крики и непонятные хлопки. Но несмотря на приглушенные звуки, можно было понять, что где-то там началась потасовка. Неужели…
Поскрипывание деревянных полов стало музыкой для меня. Я уставилась на дверь с надеждой на скорейшее спасение. Я слышала, как некто вставил в замочную скважину ключ и повернул. Но моя надежда потухла в один миг.
На пороге оказался один из моих похитителей. Он быстрым шагом подошел ко мне и силком поднял меня за руку и потянул меня на выход.
Со сна, я была слегка заторможена и до меня все доходило медленно. Но когда мы оказались в коридоре, то я поняла, что на улице самая настоящая потасовка, а меня самым наглым способом пытаются перенаправить в другое место.
С меня мигом слетела вся сонливость и появилось дикое желание жить.
Когда мы вышли на улицу и звуки потасовки остались позади, то я заверещала как дурная. Потом горло будет болеть, но мне наплевать.
Мой похититель не ожидал такого от меня. Гад такой сразу же заломил мне руки и потной ладонью накрыл мой рот. Но такое близкое спасение дало ярое желание бороться.
Я извернулась и со всей силы начала бить ногами по бугаю и успела прокусить его ладонь. Если не вся эта ситуация, то меня рассмешил бы его визгливый вопль на мои действия.
Вполне может быть, что со стороны мои попытки смотрелись смешными. Но я понимала, что это мой единственный шанс на спасение. Сомневаюсь, что во второй раз так быстро появится возможность меня спасти. Да и будет ли там что-либо спасать.
Я боролась со всей силы. Даже рычала как обезумевшая кошка. Я была как заведенная и полна сил.
И я даже не заметила, когда кто-то подошел к нам и начал разнимать. Чужие руки перехватили поперек живота. Это действие должно было меня успокоить. Я видела, как люди в масках и полной боевой экипировке повалили моего похитителя. Понимала, что все закончилось, но охвативший меня страх руководил моим действиям и я продолжала брыкаться, пока не поняла, что мне пытаются что-то сказать.
— Аврора!!! — наконец-то я расслышала, что до меня пытаются докричаться и такой знакомый голос.
Я вмиг обмякла, а Маркел повернул меня к себе и крепко прижал.
Наплыв эмоций был таким огромным и мощным, что я разрыдалась от облегчения. В другой ситуации, мне бы стало стыдно за свои слезы, но только не сейчас и не сегодня.
От потока эмоций, что накопились во мне, я не могла удержаться и все это выходило со слезами. Меня всю трясло, а поглаживания по голове и спине подливало масло в огонь.
Сейчас чувства разрывали меня на части: шантаж, похищения и чувства, что я испытывала к этому мужчине, сбивали меня с ног и я никак не могла успокоиться. Не знаю, сколько мы так долго стояли, но поток слез начал иссякать.
Маркел отодвинул меня и всмотрелся в меня. Он осмотрел мое лицо и остальное тело. Видимо, проверял на повреждения, но их не было. Не считая ободранных ладоней и коленок. Но последние уже не болели.