Выбрать главу

- А что с пленными? - спросил я.

- Не взяли, убили на месте. Если человек стал удильщиком, то ему не место на Земле… - ковыряясь в зубах изъяснился Паша.

- Нее, - остановил Добряка я. - Я о рабах. Ты сказал, что нашел их в клетках удильщиков. Освободили?

- Аа… ты об этих. Доставили в бункер, пусть ими занимаются инквизиторы. Проверка на мутацию - не наш профиль. Если кто то из них окажется иллисом, либо предрасположен к таковым, то нам будет премия. - довольно потер руки Павел.

- Ты же понимаешь, что в данном случае, вы ничем не отличаетесь от Удильщиков. - с укором сказал я.

- Леш, ты мне не чужой, но и в зубы могу дать за такое. Инквизиторы накажут, если выяснится то, что мы собственноручно высвободили потенциальные шестеренки Имперской Машины.

- И все равно… как то это бесчеловечно. - сказал я кусая жесткую лепешку местного хлеба. Посмотрев в глаза здоровяку, я тихо произнес: - Как в целом поход в руины?

- Результативно. - Добряк заговорщицки подмигнул. - Подготовил?

- Угу. После ужина у тебя в комнате. - ответил я, сразу назначив встречу.

- Только быстро, ко мне Машка должна прийти. - сказал он, встав из-за стола. - не прощаюсь.

Я проводил его взглядом, не переставая жевать. Имя девушки больше не заставляло мое сердце трепыхаться, словно воробей в клетке. Мы вместе росли, учились, получали практические знания. Но в юности, я не мог подойти и сказать, давай встречаться. Стеснялся, словно красна девица. Мои сверстники были храбрее меня, в этом плане. Шло время, и один парень Машки сменялся другим. Однажды, я даже затеял драку с одним из ее бывших, что нелестно отзывался о ней. Прознав про мой поступок, девушка сама нашла меня. Через некоторое время, она меня отблагодарила, сделав мужчиной. Печально было осознавать, но слова ее бывшего, с кем мы сцепились неделями ранее, подтвердились. Машка действительно была вертихвосткой, и всегда и везде искала выгоду. Стоит ли говорить, что наше общение с ней перестало нести романтическую подоплеку? Вот и сейчас, ее цель всякие нижтяки с внешки, принесенные рейдерами. Ну, каждый крутится как может… Здоровья ей.

С этими мыслями я зашел к себе, и вызволил из тайника в стене, колбу с экстрактом из синьки. Местные назвали экстракт - синевой. Светящаяся голубая жидкость, при правильных составляющих давала эффект духовного расслабления, вследствие чего принявший дозу попадал под дурман. Как и любое наркотическое средство, такой препарат был под запретом в бункере. Империя наказывала и за меньшее. Любое продукт произведенный собственноручно, не мог продаваться на сторону. Половина дохода с продаж должна идти в казну Империи.

Поэтому, я и прятал вещество, подальше от глаз. Были случаи, когда меня наказывали… Однажды дошло до изгнания, и если бы не вмешательство дяди Юры, такое бы произошло. Старик тогда защищал меня, словно отец, доказывая мою полезность в поселении. Мол, юное дарование решило поэкспериментировать, как оказалось, не совсем удачно. Все осознал и понял. Поэтому завяжет с экспериментами. Хорошо, что Инквизиторы отсутствовали в те дни в бункере. Воспоминания заставили меня тепло улыбнуться.

Но без этого препарата, я не мог заработать. Жалование фермера не позволяло мне получить необходимые вещи из за стен. Древние научные книги, технологии, ноутбуки и прочие аппараты - без этой контрабанды, я бы не стал тем, кем я являюсь сейчас. Как я и говорил - Каждый крутится как может.

Дойдя до комнаты Павла, я постучался кодовым стуком. Долгий, два коротких и еще один долгий стук. Именно эту последовательность мы использовали, когда дело касалось передачи контрабанды. Дверь отворилась, и я оглядевшись, посмотрел на тихо уходящего сервитора. Некоторые постояльцы заказывали еду в номер.

В этот раз, посылка состояла из двух журналов научного содержания, и контейнера с мутировавшим растением с болот, что недавно скопытилось. Растение было хищником. Оно охотилось на мелких животных и насекомых, а для защиты источало токсин. Также, ко мне “бонусом” попала лампа ультрафиолетового излучения. В целом, я был доволен обменом, да и Паша тоже. Похлопав меня по спине, бугай ненавязчиво указал на дверь.