Он уже повесил трубку и просто сидел, бессознательно играя со свечкой на зеркальном телефонном столике, когда его внимание привлекли отразившиеся в нём неожиданные цвета, и он обернулся в поисках их источника.
Алана в голубом купальном халате стояла, подбоченясь, возле стеклянных дверей, ведущих из гостиной к террасе и бассейну. Такого выражения на её лице Ноэль никогда прежде не видел и не мог теперь его понять. Как давно она там стоит? Что она слышала? Он ведь говорил тихо.
— Привет! — жизнерадостно сказал он. — Хорошо поспала?
— Pas mal. Было очень жарко. С кем ты разговаривал, Ноэль?
Господи, она что-то слышала. Но что именно? И сколько?
— С другом. Из города.
— С другом? — её взгляд не изменился. Она не шелохнулась, и это грозило ему самыми разнообразными и ужасными возможностями.
— С одним знакомым парнем, — ответил он настолько равнодушно, насколько смог. — Он говорил мне, что иногда бывает в Хэмптонс. Я решил узнать, не собирается ли он сюда на этой неделе.
Несмотря на свою гладкую ложь, он был убежден, что она не поверила ему. Она не могла расслышать разговор, стоя у двери. Или могла? Он встал с дивана и подошел к ней.
— Почему ты на меня сердишься? — спросил он. — Потому что я не следую твоему совету?
— Я не сержусь, — возразила она, но уклонилась от его прикосновения.
— Мне было немножко одиноко. У Эрика гость. Ты спала. Окку был занят. Всё в порядке. Он не приезжает. Я в безопасности.
Она посмотрела на него так, словно вот-вот собиралась сказать: я всё знаю, зачем ты мне врешь? Но она произнесла только:
— Я надеюсь, Ноэль. Я очень надеюсь, что ты в безопасности. Ради всех нас.
Теперь её взгляд показался ему обеспокоенным, и он почувствовал себя дрянью, предателем.
Но прежде чем он успел сдаться, Алана отвернулась и вышла на террасу. Она сбросила халат и нырнула в бассейн, обнаженная, загорелая, сияющая.
6
Если Алана и рассказала Эрику о телефонном звонке, всю следующую неделю ничто на это не указывало. Жизнь на вилле текла всё также неторопливо. С учетом проявления Маквиттера, разумеется.
Эрик и Билл теперь были неразлучны: устраивали совместные пробежки, которые длились часами, брали «мерседес» и уезжали вдвоём в неизвестном направлении, и в явно условленные заранее моменты исчезали с тех редких обедов, когда в дом приглашались посторонние — живущие поблизости друзья Эрика и Аланы.
— Юная любовь, — как-то заметил Ноэль после одного такого исчезновения.
— Я бы сказал, юная страсть, — отозвался Дорранс. Он провел на вилле весь день, приехав по каким-то делам. Утром он должен был лететь обратно на Манхэттен.
— А я бы сказала, что вы оба ревнуете! — вмешалась Алана.
— Кого? — не поняли оба.
— Да… да всех, — ответила она, смеясь.
Ноэль был вынужден признать, что в его случае это была отчасти правда. Быть объектом постоянно внимания и интереса со стороны Эрика, а потом неожиданно их лишиться… это оказалось неприятно. Хотя оно и к лучшему, разумеется, говорил себе Ноэль. Он не хотел сближаться с Эриком слишком сильно. В этом не было никакого смысла. Он начинал действовать глупо и рискованно. Например, зачем-то пытался убедить Лумиса, что Эрик не убивал Рэнди. Он по-прежнему в это верил. Рэнди попросту слишком нравился Эрику, чтобы тот мог быть замешан в его смерти. И никакой пользы она ему тоже не приносила. У Эрика, возможно, много других недостатков, но бессмысленная расточительность в их число не входила. И всё равно, со стороны Ноэля было глупо так настойчиво уверять в этом Рыбака. К чему вызывать подозрения? Возможно, Лумис уже знает, что Вега нашел те досье. Не поэтому ли он пытался заставить Ноэля подозревать Вегу? Не исключено. И кто знает, какие мотивы на самом деле руководили Вегой, когда он предъявлял эти досье Ноэлю. За исключением, возможно, желания посеять зерно раздора между ним и «Шёпотом». Ноэль ему никогда не нравился.
Заскучав над книгой как-то вечером и пытаясь во всём этом разобраться, Ноэль пришел к выводу, что не доверяет полностью ни Эрику, ни Лумису, ни Веге, ни — и это было хуже всего — Алане; теперь, когда между ними висел этот телефонный звонок, он не мог ей доверять. Поэтому в ближайший вторник после того звонка Ноэль решил попросить выходной, чтобы наверняка выяснить, что именно она слышала.
Они сидели за завтраком на террасе у бассейна: Эрик, Алана, Маквиттер и Ноэль. Телохранитель уже расслабился и не был таким агрессивным, как при появлении, хотя ему тоже приходилось работать: каждый день после полудня они с Эриком занимались каратэ и джиу-джитсу.