— Что?
— Я видел тот синий «Чарджер» за нами на Янг.
Гарри посмотрел в зеркало, надеясь, что Коул ошибается. — Чёрт, босс—
— Подойди, попроси огня и смотри в оба.
Несколько минут спустя амбал снова нырнул за руль. — Он просто ждёт свою тёлку.
— Уверен?
— Да. — Гарри тронул машину. — Здоровый, надо сказать. Но кто-то накормил придурка бутылкой.
xiii.
Мужик в «Чарджере» задержался ещё на десять минут. Он никуда не торопился. Впереди был один двойной матч. В своё хорошее время.
КНИГА ШЕСТАЯ
1
13 сентября. Прекрасный субботний вечер в «Эль Мокамбо». На сцене два саксофона взмывали над «Дaunчайлд Блюз Бэнд». Событие, которого так долго ждали, наконец наступило. Монстр появился из ниоткуда — в костюме от Блейка Тоби.
У Виктора навернулись слёзы. Он так много работал… так долго… Он вынул карточку из кармана и развернул её на стойке, где чернила расплылись от кольца бутылки и упавшей капли.
С днём рождения, Виктор!
Было весело — и чачача!
Удачи и поцелуев,
Вивви
Он промокнул чернила салфеткой и положил карточку, аккуратно сложенную, обратно в нагрудный карман.
Ему хотелось домой и спать — и проснуться, побывав здесь и зная, что делать с руками и с глазами. Простейшие вещи были ему недоступны.
В третий раз Виктор уловил краем одной контактной линзы, что девушка справа смотрит в его сторону. В зеркале над стойкой он исподтишка изучил её лицо. Молодая азиатка с длинными прямыми волосами и серьгами-кольцами. Прежде, пока она не смотрела, он хорошо разглядел её фигуру. Поджарая и упругая, как бывает на дискотеках, — с двумя поразительными изгибами как минимум. На ней была ярко-красная футболка и полосатые дизайнерские джинсы. Милая такая — жёстковатой миловидностью. Девяносто девять мужчин из ста провалят мяч с такой женщиной — волны смеха с трибун будут накатывать и захлёстывать уши. И сегодня вечером Виктор не чувствовал себя в ударе.
Больше всего он ощущал жару. В одиннадцать бар был набит уже час, дым — как портовый туман. На лбу выступили бисеринки пота, а под пиджаком поло Calvin Klein покрылось слоем пота.
Виктор снял пиджак и перекинул через спинку табурета. Резким движением локтей расправил плечи, широко распахнув грудь. Вот так. Уже прохладнее и свободнее.
Движения не пропали даром на Диско. Он почувствовал её взгляд — на плечах, на груди — и, когда закурил, — на руке.
Она сжала мышцу. — В какой же команде ты играешь, а?
Уверенность Виктора переключила передачу. На секунду — целую вечность — он завис в нейтральной. Потом вдруг мотор завёлся и замурлыкал в ночь.
— Я, детка. Я играю pour moi . — Виктор дал ей огня от своей Lucky .
Она обхватила его руку ладонями. — Знаю одну игру — вместе ещё лучше.
(Жжжжжжжж…)
У кровати — два «Экс» и пара сигарет… Ивонн качается перед ним в голом виде… как Вивви при свечах…
— Позволь мне. — Она стянула брюки мимо колен, прикусив через трусы его головку.
— Да, — сказал он, — да, давай.
Вместо этого она встала и пересекла комнату — чёрные волосы ласкают её задницу, как дыня, брюки зацеплены на одном пальце. У кресла она сложила их медленно и аккуратно — улыбалась, пока он смотрел:
костюм… великое приключение его жизни… сила, которая привела его сюда… Нет, не сила — это было бы безумием… Но вот же оно… И вот он здесь, вдруг голый без него, руки отупели и висят по бокам… Всполохи рассыпались по гулу внизу… Расплавленный металл остывал местами до лоскутков нервного тела…
— Иду, — сказала она.
И вот, необъяснимо, пришли они — гарпии его истории: осознание, что он не занимался этим лет три — а до той ночи ещё два… воспоминание о последней любовнице, стонавшей, пока он всё портил: Ну давай, я сама…
— Ну же, Вик, потанцуем!
2:00 ночи. Она заправила футболку и застегнула свежеобтянутые джинсы. Встряхнула волосы. Надела браслеты. Потом похлопала его по колену сквозь одеяло.
— Всё в порядке. Не волнуйся.
Но он волновался. И сломался — пристыженный и исповедальный. — Я всегда так… всегда… Я всегда кончаю слишком рано…
Она сжала его руку. — У всех бывают такие ночи. Ты выпил лишнее.
— В следующий раз—
— Конечно. Эй, мне надо идти.
— В пятницу—
— Занята. Увидимся.