И я, неловко подойдя к Уме, произнёс:
- Ты мне нравишься, честно.
- Ну, какой же ты Камский, - сокрушаясь, проворчал Арсен, - утром девушка тебе на шею бросилась, а ты вечером не можешь на колено встать, даря цветок.
Все заржали, а я покраснел.
- Да, Арсен, оставь ты его, видишь, парень влюбился, - прервала экзекуцию Наида, - они сами разберутся. Ты нам скажи, нам с магазином что делать? Мы ж допоздна работаем.
Но на этот случай у нас уже имелся план. Арсен ещё дома взял у мамы список того, что необходимо было купить. Чем немало её удивил, кстати. Теперь, вытащив список, он диктовал всё это Наиде. Чего-то не было, но в основном всё по списку было. Кое-чего так же купил я.
- Вот, - с довольным видом произнёс Арсен, - мы вам торговлю сделали. Сейчас мы отнесём покупки, а вы закрывайте магазин и встретимся у театра.
Никто и не спорил. Как же всё быстро может измениться. Казалось бы, только сегодня ночью был дождь, и я лениво стоял на балконе, почёсывая пузо. А уже вечером мы идём к Русику, дабы обрадовать его новостью. Длинный, как шлагбаум, Русик грустно сидел у мангала. Шашлыки жарил его братишка. Только увидев его, Арсен яростно зашептал мне на ухо:
- Смотри на этого жучилу, оделся красиво, за мангал братишку поставил. Ждёт жи есь. Вот был бы прикол, если бы он обломался, - хохотнул Арсен, - ща я его по приколу обломаю.
Подойдя к Русику, Арсен грустным голосом произнёс:
- Как дела Русик? Чё так красиво оделся-то?
Дёрнувшись, как будто его огрели током, Русик повернулся, оглянулся вокруг и, не увидев никого, кроме нас, погрустнел ещё больше и обмяк.
- Не нашли да? - с грустью в голосе произнёс он.
- Ну, ты натуральный горский парень, - ехидно прошипел Арсен, - те как по старым традициям родители жену приводили, друзья должны девушку привести, да?
Мы оба захохотали.
- А с тебя материальное обеспечение, так сказать, - не унимался Арсен, - успокойся Русик. Раз уж ты так разоделся, то не будем обламывать твой настрой. Идём.
- Куда? - Встрепенулся он, в глазах загорелась надежда.
- Ты хочешь, что б мы с девушками сразу к тебе сюда пришли, да? Под лежачий камень вода не течёт. Пошли.
И мы втроём пошли по парку в сторону только что построенного театра, который построили на месте давно снесённого старого театра. Парк был полон народу. У театра тоже хватало прохожих, кто-то спешил в парк, кто-то на пляж. Жаркий день заканчивался, парк был желанным местом для прогулок.
- Говорят, - оживился Русик, - скоро у нас запустят мобильную связь.
- Есть же, - ответил Арсен, - ДСС.
- Да ну их, - проворчал я, - дорогие они. А вот то, что запустят, это совсем другое. Номера, говорят, будут с одиннадцатью цифрами, и сообщения можно будет писать.
- Одиннадцатью? - удивлённо произнёс Арсен, - больше, чем в московских номерах. Да не может быть. Гонят.
- Ну, я так тоже слышал, - поддержал меня Русик, - а ещё там номер можно будет легко менять. Карточка там какая-то сменная. А в тех, что сейчас, номер не поменяешь, сообщения не напишешь. Только говорить. А эта новая связь уже везде есть, просто до нас никак не доберётся. Я видел эти телефоны в Москве.
- Вот они, вот! - Вскочил и прокричал Арсен.
С противоположной стороны, из-за театра, показались три девушки. Толкнув Русика в бок, Арсен прошипел ему:
- Высокая слева, это Камского девушка. У них любовь.
- Даа? - Удивился Русик, повернувшись ко мне.
Но я уже и не слышал его. Мой взгляд поймал её взгляд, и мы пошли навстречу друг другу. Сзади слышался только ехидный голос Арсена:
- Смотри, смотри. На автопилоте пошёл.
Это услышали, и девушки все вместе весело засмеялись.
- Здравствуйте, красавицы! - Громко официальным тоном прервал смех Арсен, - позвольте познакомить вас. Этот длинный зовётся Русик.
- А это тот самый, который сам цветок девушкам принести не может? – Перебила его Наида, - нарисовался только под вечер.
- Какие острые на язык девушки в наше время, - ничуть не смутившись, отвечал Русик - я просто был занят тем, что готовил для нас всех угощение. Идёмте, тут недалеко.
Весело болтая, мы направились вглубь парка. Вообще, всё как-то быстро завертелось. Перетащив два стола под дерево, мы были как будто у себя в саду. Остроязыкая Наида всё время поддевала Русика, но и он за словом в карман не лез. Но в их разговоре чувствовались строго хозяйственные нотки. Нашлась общая тема. Арсен балагурил с Зариной, ну он со всеми балагурил. Как-то к этому привыкли мы. Я же удивлённо спросил Уму:
- Ну ты умудрилась меня первым увидеть. Вот скажи тебе утром, чем закончится твоё обнимание, не поверила бы?
- А я видела тебя раньше и не раз, - ответила она, - я ж в магазине сижу, делать особо нечего, вижу всех, кто мимо ходит. Да и живу я рядом.
- А где?
- Свободы, угол Канделаки.
- Так это ж здесь рядом. Ты почти соседка Сёмы.
- Ну да, - улыбнулась она, уплетая очередной пистолет, - я его хорошо знаю. Он добрый, хотя и непутёвый. Сколько не выпьет, никогда не буянит.
Как-то незаметно в руках Русика появилась бутылка вина. Прерывая возражения девушек, он произнёс целую речь о том, что нельзя омрачать этот тёплый летний вечер и портить настроение этого съеденного барашка трезвым образом жизни, и содержимое бутылки как-то незаметно перекочевало в нас, сделав нас ещё веселее. Темнело. Мы сидели на камнях, что на берегу. Был полный штиль. Так редко бывает. Ни ветерочка. Стоя на камне, хмельной Арсен, подобно Ленину на пьедестале, вещал о том, что скоро здесь, на берегу, построят рестораны, а парк превратят в бульвар, запрятав железную дорогу под землю.
- И наш город станет очень уютным курортным городом. А я буду хозяином одной из гостиниц на берегу и...
- И будешь к туристкам приставать, - не дала ему договорить Наида, вставив свои пять копеек.
- Не будет, - оживилась Зарина, - я его утоплю, и сама стану хозяйкой.
Думаю, своим хохотом мы распугали всю рыбу, которую тут ловили немало рыбаков. Неспешно шли мы по самой кромке прибоя босиком. Этот день начался тут, тут и закончился.
- Ума, я приглашаю тебя завтра в шесть утра сюда на пробежку.
Не успел я это договорить, как Арсен посоветовал Уме:
- Бегай быстро, он не догонит. Бегемоты быстро не бегают.
Жили все они тут же недалеко. Проводив каждую, мы, молча, улыбаясь, каждый о чём-то своём, шли обратно. Фонари не горели, лишь редкие машины освещали улицы. Но нам хватало света звёзд и луны.