Равен присел перед ней на корточки.
- Привет, - обезоруживающе улыбнулась Джин.
Он протянул руку и заправил ей локон за ухо.
- Ну, привет, зверушка, - прозвучал его низкий голос, посыла по ее телу вибрацию. - Вижу, ты отлично провела время.
- Да, это так, - ответила Джин, и ей почему-то хотелось улыбаться ему.
Ее ладонь легла на его колючую щеку, и Джин погладила пальцами скулу, не отрывая взгляда. Помятый и небритый он выглядел ещё сексуальнее, несмотря на привычную хмурость.
- Ты сердишься, потому что я не вернулась домой? - тихо спросила Джин.
- Потому что заставила волноваться, - поправил Равен.
- Я же сказала, что в безопасности.
- В этом притоне нет ничего безопасного, - мрачно оповестил он, а Джин приложила немало усилий, чтобы не рассмеяться.
- Не смешно.
- Киса бы обиделась, услышь она, как ты назвал дом ее друзей, - с улыбкой ответила Джин, и Равен почувствовал, как теряет возможность злиться на нее. Чертова девчонка! Одна ее улыбка, и он готов был простить что угодно.
- Ты не должна была так поступать, и будешь наказана, не сомневайся.
Его угроза почему-то не заставила Джин испугаться, прозвучала скорее вкрадчиво, как обещание темного запретного наслаждения.
Она перевела взгляд на его губы. Снова в глаза. Бездонные черные омуты поглощали ее, утягивая на дно, заставляя сердце биться чаще. Большим пальцем коснулась его твердых губ и снова погладила колючую щеку.
- Поцелуй меня, - Джин подалась вперёд.
Ее ресницы отяжелели, губы приоткрылись, а дыхание стало поверхностным.
Равен чувствовал ее эмоции, она была такой...искренней, словно все маски, которые она удерживала последние дни из надменности и холодности исчезли, вновь открывая для него настоящую Джин. И она просила, чтобы он поцеловал ее.
От нее пахло виски, но даже это не отталкивало. Она манила, как самая запретная сладость, и Равен едва удержался, чтобы не наброситься на ее губы. Он знал, что их вкус сведет его с ума, и он все ей простит.
- Не заслужила, - мягко ответил Равен.
Он отстранился и выпрямился, вновь возвышаясь над ней, несмотря на то, что не хотелось терять тепло ее прикосновения. Нежного касания... Она никогда прежде так не прикасалась к нему.
Джин постаралась подняться. Равен протянул ей руку, помогая встать, и Джин приняла его помощь, сомневаюсь, что ей удастся не упасть. Она всё ещё была очень пьяной.
Голова мгновенно закружилась, и Джин была вынуждена вцепиться в его плечи, чтобы сохранить равновесие. Она прикрыла, глаза пытаясь справиться с вертолетами.
- Ну и зачем так пить? - строго спросил он, поддерживая ее.
Джин пожала плечами.
Равен снял с себя пальто и набросил на ее плечи, замечая, что она вся трясется. Она замёрзла, пока ждала его.
- Спасибо, - довольно ответила Джин, чувствуя дурманящий аромат его одеколона.
- Где твоя куртка? - нахмурился Равен. - Ты все ночь бегала раздетой?
- На мне теплая рубашка.
- Ключевое слово “рубашка”, а не “теплая” - прорычал Равен, закутывая ее в пальто. - И она такая теплая, что ты вся дрожишь.
Джин услышала в его голосе опасные нотки, но догадалась, что за раздражением скрывалось беспокойство, и улыбнулась, чувствуя себя совершенно счастливой.
- Я не бегала раздетой. Куртка была на мне, но... кажется я оставила ее в доме...или в такси.
Равен покачал головой и просто подхватил ее на руки, не позволяя идти босиком. Джин удивилась, но не стала возражать.
- А поцеловать? - капризно повторила она, забрасывая руки ему на шею.
Равен вновь перевел взгляд на нее.
- Ты плохо себя вела, - строго напомнил он, стараясь не поддаваться на чары маленькой ведьмы.
Джин прильнула к нему крепче.
- Это не значит, что ты не рад меня видеть.
И Равен все же прижался к ее губам, чтобы ощутить вкус женщины, сводившей его с ума.
Он завладел ее ртом, исследуя нагло и уверенно, ударяя и сплетаясь с ее языком своим до тех пор, пока она не начала задыхаться. И даже потом, становясь ее воздухом, заставляя цепляться за свои плечи. Он отстранился, напоследок прикусив нижнюю губу в качестве наказания.
Джин уронила голову ему на плечо и прикрыла глаза, почему-то смущаясь. Но она чувствовала, как грудь распирает от невероятных эмоций. Подумать только! Она не знала, что этот вечер закончится так. В какой-то богом забытой глуши в пять часов утра она целовалась с Равеном, пока он держал ее на руках. Без туфель и кутаясь в его пальто. Она была счастлива.