- Мы оба знаем, что ничего не будет, - спокойно ответил Равен. - Вот, что тебя злит сильнее всего. Все будут знать, кто виноват в твоей скорой кончине, но никто не бросит мне вызов, чтобы восстановить справедливость. Не так уж ты дорог своим друзьям, - жёстко усмехнулся Равен.
Джин переводила перепуганный взгляд с одного на другого, понятия не имея, что должна делать.
Ее сердце бешено билось и, казалось, готово было вырваться из груди. Холод давил на виски. Ее трясло так сильно, что приходилось держать себя руками за плечи, чтобы хоть как-то скрыть это.
Другие пленные молчали, повинно склонив головы, потому что уже приняли свою участь, понимая бессмысленность споров.
И именно эта обреченность заставляла ее мысленно кричать.
- Я предупреждал, что уничтожу тебя, если ты еще раз приблизишься к моей женщине, - Равен потянулся за пояс и достал пистолет. - Она моя. И ты знал об этом. Но почему-то решил, что можешь трогать то, что принадлежит мне.
Джин чувствовала, что начинает задыхаться. Ей не хватало воздуха.
Джаред смотрел на Равена с ненавистью, но на дне его глаз клубился страх. Джин видела это, видела и понимала, что Равен его не пощадит. Джаред тоже это понимал.
- Плевать! - фыркнул Джаред и сильно закашлялся, сплевывая на снег кровь. Равен смотрел на него равнодушно. - Думаешь, после того, как ты убьешь меня, Джин бросится в твои объятия? Объятия убийцы?! Она будет бояться и ненавидеть тебя ещё больше!
Джин не слышала его слов, она была оглушена, смотря на пистолет в руках Равена. Он так идеально вписывался в его ладонь. Равен держал оружие уверенно и привычно...
- Ты этого уже не узнаешь, ведь ты будешь мертв, - холодно напомнил Равен. - И смерть этих людей на твоей совести.
Она вздрогнула, когда он передернул затвор, и резко пришла в себя, увидев, как Равен направил пистолет на одного из мужчин.
- Стой! - тихо пискнула Джин, и тут же встала перед Равеном, закрывая собой пленного.
В глазах Равена полыхнула ярость, но он не опустил оружие.
- Отойди! Ты здесь, чтобы увидеть, как они умрут.
Он ошибался. Она была здесь, чтобы не позволить этому случиться.
Удерживая его взгляд, Джин медленно подошла к нему и прижалась к его груди, чувствуя, как глаза наполняются слезами.
- Прошу, не надо, - тихо прошептала Джин, потому что ей просто не хватало смелости говорить уверенно. Она не имела права требовать, и все, что ей оставалось, это просить его о милосердии. - Я не хочу на это смотреть. Пожалуйста, Равен...
- Закрой нахрен глаза.
- Равен, - Джин сжала его рубашку. - Я прошу тебя, не делай этого... Это просто ужасно.
Он опустил руку, прекращая держать пленного на прицеле, но все еще сжимал пистолет.
- Я не умею прощать, зверушка. Хочу, чтобы и ты это знала. Отойди. Ты не сможешь защитить его, - его взгляд обжигал ее холодом и равнодушием. Он наклонился ближе к ее лицу. - Я не пощажу его...даже ради тебя. Неужели, он настолько тебе дорог, что ты готова унижаться и умолять меня?
- Нет, - Джин готова была разрыдаться. - Нет, я делаю это не для него...а для тебя. Ты не должен брать на себя ещё одну смерть. Он этого не стоит!
- Я с этим как-нибудь справлюсь.
- Я не справлюсь! - Джин часто заморгала. - Если ты убьешь их, я...не смогу это принять. Понимаешь? Я не хочу, смотря на тебя каждый раз, видеть убийцу.
Джин увидела, что он заколебался.
- Эти люди пошли против тебя, но они не заслуживают смерти. Они ни в чем не виноваты. Они выполняли свою работу.
- Они знали на что идут. - Равен обнял ее одной рукой, прижимая ближе к себе, чтобы она не дернулась под пулю, и направил оружие на Джареда.
Джин не видела этого, но почувствовала и услышала, как он снял пистолет с предохранителя.
Джин покачала головой, продолжая сжимать его рубашку изо всех сил. Она зажмурилась и вся сжалась, не желая видеть, как кто-то умирает, не желая знать, что причиной тому стал Равен. Джин заплакала, чувствуя, что готова рухнуть в обморок.
- Прошу...Я прошу тебя...- шептала Джин, как в бреду, исчерпав аргументы. Она не знала, что ещё сказать. Это всё, что она могла делать, - только просить его отступиться от своего решения ради нее.
Но прозвучал выстрел.
Джин вскрикнула от испуга и спрятала лицо в ладонях, окончательно разрыдавшись. Она не смотрела назад, не обернулась, чтобы увидеть смерть, но будто боясь, что ее заставят это увидеть, вся сжалась и спрятала лицо в ладонях, словно это могло ее защитить. Равен что-то говорил ей, но он не мог пробиться в вакуум вокруг нее. Она не слышала ничего.
Она начала опускаться на землю, но Равен ещё крепче прижал к себе, не позволяя упасть.