Раздался жуткий грохот, и Джин действительно запаниковала, что кто-то может войти. Весь ресторан должен был сбежаться на такой шум! Она была почти голой, с раздвинутыми ногами, между которыми стоял Равен с недвусмысленными намерениями.
- Надеюсь, ты закончила с ужином, - усмехнулся Равен, стягивая с нее платье через голову.
Равен заметил, что Джин поглядывала в сторону двери и заметно напряглась.
- Эй, зверушка, - нежно прошептал он, привлекая к себе внимание. Равен взял ее за подбородок, разворачивая к себе. Между ними были миллиметры, и дыхание обжигало губы. Он склонился ещё ниже, и Джин забыла обо всем на свете. - Неужели ты думаешь, я позволю кому-то увидеть тебя обнаженной? Это только моя привилегия. Не бойся, никто сюда не войдёт.
Равен прижался к ее губам, не оставляя шанса отстраниться. Джин не пыталась. Она с готовностью встречала его страсть, прижимаясь ещё ближе к твердой груди.
Ее ладони скользнули по телу Равена ниже, к поясу брюк. Сквозь ткань рубашки она чувствовала каменный пресс и твердые мышцы. Ей хотелось прикоснуться к нему, но сначала Джин должна была ощутить его в себе, иначе она бы могла сойти с ума от желания. Джин коснулась ремня, но Равен перехватил ее руки, не позволяя этого сделать.
- Что такое? - она взглянула на него с непониманием.
- Я ещё не закончил играть, - дьявольски усмехнулся Равен, наклоняясь над ней и заставляя ее лечь на стол.
- Неет, я хочу секса, - проныла Джин, зная, что он собирается ее мучить. - Серьезно, Торрес, ты ведь в курсе, что задолжал мне? Ты должен делать то, что я хочу! Должен исполнять мои желания, потому что пытаешься заслужить прощение!
- Неужели? - Равен сжал ее волосы в кулаке, заставляя мгновенно потерять весь свой запал. Джин умолкла, заметив хищный бокс в его глазах. - Ты забыла, кому принадлежишь? - Это она была прижата его телом к столу, распята и беспомощна в его руках. Полностью в его власти. Одним движением он напомнил ей об этом, а затем жёстко поцеловал. - Я всегда буду делать то, что хочу.
К тому же он знал, как свести ее с ума от желания, и именно это собирался сделать. Она была права- он задолжал ей и обещал искупить вину. Равен был намерен трахать ее всю ночь до полуобморочного состояния, пока все ее мысли о побеге не исчезнут и не останется только одно - его имя.
Равен знал, что ей необходимо, даже лучше самой Джин. Зачастую она не готова была признать свои фантазии. Он не настаивал. Просто давал ей необходимое. Правда была в том, что она нуждалась в подчинении точно также, как он в доминировании. Они были созданы, чтобы доставлять друг другу удовольствие.
- Отлично, - она фыркнула, расслабившись на столе, понимая, что бесполезно спорить. - Наслаждайся.
Джин ощутила его улыбку кожей. Равен целовал ее шею.
- Ты ведь знаешь, что я заставлю тебя жёстко кончить? Расслабься. Я хочу тебя попробовать.
- Ага. Но сначала ты собираешься мучить меня ожиданием, потому что у тебя садистские наклонности.
Равен рассмеялся, протягивая руку и подтягивая ближе стакан с мороженным, который чудом уцелел.
- Я не пробовал тебя четыре дня. Это недопустимо.
С этими словами он зачерпнул немного мороженого и нагло съел, смотря ей прямо в глаза.
Джин нахмурилась, ничего не понимая. Но ей определенно не нравилось то, что он задумал.
Равен склонился над ее распростертым телом, и взял в рот напряжённый сосок, заставляя задохнуться от острых ощущений. Холод обжигал, заставляя ее лоно сжаться. Она дернулась под ним, но не смогла сдвинуться с места.
- Это жестоко!
- Это десерт, малыш, - улыбнулся Равен, вновь проделывая эту же манипуляцию с другой грудью, заставляя ее зажмуриться от острого удовольствия. В этот же момент его пальцы проникли в ее тугое лоно.
Он продолжал это делать - трахал ее пальцами, поднимая к звёздам, заставляя стонать и ёрзать на столе, скользя ледяными губами по шее и груди. Джин восхищалась его выдержкой, потому что сама была близка к тому, чтобы умолять о сексе.
Она не поняла, как это случилось, но в какой-то момент Равен сжал ее челюсть и грубо поцеловал, проталкивая язык ей в рот. Джин опьянела от вкуса мороженого, который взорвался на языке, и сама прижалась ближе.
- Хочешь ещё? - выдохнул он, поглаживая ее клитор.
Джин уже не понимала, что происходит, и просто кивнула.
Равен взял ещё мороженного в рот и вновь накормил ее своим языком. Он делал так снова и снова, продолжая сводить ее с ума своими пальцами.
- Тебе нравится? - он прикусил нижнюю губу, а затем всосал, зализывая рану. Джин уже не контролировала свои стоны, инстинктивно ерзала под ним, пытаясь прижаться ближе к его пальцам в поисках своего освобождения. Она была на грани. Ей не просто нравилось, она боялась, что если он остановится, она погибнет.
- Прошу...
Равен улыбнулся. Она уже на интуитивном уровне знала, что он хочет услышать. Но пока он должен был что-то до нее донести.
- Когда эта ночь кончится, я обещаю, ты будешь думать только обо мне, - прошептал он в ее губы. - Ты больше не подумаешь уйти. Потому что никто не сможет дарить тебе такое удовольствие. Ни с кем тебе не будет так хорошо, как со мной.
Джин как в бреду слушала его слова, но внезапно с непониманием взглянула на Равена.
Секунду она смотрела в его темные глаза, наполненные едва сдерживаемой похотью и какой-то странной одержимостью. Равен ждал, что она станет спорить или дразнить его, но Джин просто подняла ладонь и нежно коснулась его колючей щеки.
- Я всегда думаю о тебе, - прошептала она, словно не слышала больше. Только это имело значение.
Равен нежно погладил ее по щеке, и Джин поняла, что смогла донести свою мысль. Ее внезапное признание смягчило его.
Равен стал опускаться по ее телу, оставляя влажную дорожку из поцелуев.
Она ахнула, когда его ледяной язык прошёлся по пульсирующему клитору. Контраст был обжигающим. Слишком острое удовольствие. Она инстинктивно дернулась, чтобы отстраниться, но Равен не позволил. Он сжал ее бедра, не давая шанса сдвинуться с места.
Равен продолжал есть мороженное, чтобы затем играть с ее лоном. Каждый раз Джин вздрагивала, потому что её словно пробивало разрядом тока. Она царапала стол под собой, но ничего не могла поделать, кроме как стонать и умолять его о большем.
Равен не заставил ее долго ждать. Не стал мучить и заставил кончить спустя пару минут так жестко, что Джин чуть не потеряла сознание.
После она, как в бреду, спешно расстегнула его ремень и достала член Равена, не отказывая себе в удовольствии несколько раз провести по его твердой длине. Не осталось места стеснению и скромности. Ею управляли инстинкты. И Джин было жизненно необходимо ощутить его глубоко внутри.
Равен подтянул ее бедра к краю стола и резко вошёл до упора. Его толстый твердый член растягивал внутренние стенки, заставляя подстраиваться под его размер. Джин вскрикнула от острого удовольствия.
Она уже не понимала, что делает, и просто прижималась к нему, позволяя управлять своим телом. Она тянулась к нему, целуя первой, шире раздвигая ноги, сжимала плечи, запуская острые когти, но не замечая, как оставляет отметины. Равен не обращал на это внимание, продолжая жёстко в нее вколачиваться, поглощая ее стоны. Он шептал ей что-то о том, как сильно по ней скучал, как ему не хватало таких ночей, и Джин улыбалась, слушая его хриплый голос.
Она кончила, уткнувшись в его плечо, и Равен последовал за ней, изливаясь внутри.
Джин сидела на столе несколько долгих минут с закрытыми глазами, неподвижно, боясь, что любое движение приведет к падению. Ее ноги дрожали, она не могла себя контролировать. Весь мир плыл вокруг, а ее сердце бешено стучало.