- Нет необходимости. Обойдусь.
Равен ощутил глухое раздражение.
- Ты предпочтешь мучиться, лишь бы не дать мне облегчить твою боль? Это глупо. Ты ведёшь себя как ребенок.
- Мне не нужна твоя забота! Я за нее плачу слезами! - огрызнулась Джин, чувствуя, как ярость становится все сложнее сдерживать. - Она мне слишком дорого обходится!
Равен сжал челюсть.
Ее взгляд испепелял его. Столько ярости, что Равен мог на расстоянии ощутить, как ее ломает от желания наброситься на него с кулаками.
- Хочешь мне что-то сказать? - хрипло прозвучал его грубый голос.
- Ты знаешь все, что я хочу сказать.
Равен кивнул.
- У тебя довольно красноречивый взгляд.
Он никогда не видел, чтобы в глазах человека отражалась такая буря эмоций. Но самые сильные были очевидны - презрение, ярость и обида. Она не могла больше себя сдерживать!
- Знаешь, зверушка, ты не имеешь права обижаться на меня. Я тебя предупреждал, ты ослушалась. Ты заслужила свое наказание. Оно было справедливым.
- Ни черта оно не было справедливым! - зарычала Джин. - Ты не имел никакого долбанного права меня наказывать, держать здесь или что-то запрещать! Ты можешь обманывать себя сколько угодно, думая, что всё контролируешь, и моя жизнь принадлежит тебе, но это не так. Тебе никогда меня не подчинить. Я никогда твоей не стану! Катись ты к черту со своими правилами!
Его глаза опасно блеснули.
- И кто из нас себя обманывает? - снисходительно спросил Равен. - Мм? Посмотри, где ты. Ты в моем доме. В моей постели. Делаешь всё, что я скажу. И знаешь что? Мы знаем, если ты посмотришь на вещи реально, ты начнёшь презирать себя, потому что тебе нравится раздвигать передо мной ноги! Тебе нравится быть моей шлюхой!
Джин схватила первое попавшееся под руку и с рычанием швырнула в него.
Тяжёлая ваза упала у его ног и разбилась, так и не долетев до головы. Равен даже не шелохнулся. Его темный взгляд вцепился нее, поглощая, желая подавить.
- То, что мое тело реагирует на твои прикосновения, не значит, что это доставляет мне удовольствие. Ты принуждаешь меня! Это насилие!
- Насилие!? - зло переспросил Равен. - Ты понятия не имеешь, что такое насилие!
- Ты показал мне, - усмехнулась она горько, напоминая ему про бордель. – Морально я чувствую себя изнасилованной всякий раз, когда ты прикасаешься ко мне!
Равен дернулся, как от пощечины. Он знал, что она лжет, но ее ложь оскорбляла его.
- Кого ты пытаешься обмануть? – не позволяя себе терять контроль, спросил Равен снисходительно. - Мы оба знаем, что ты получаешь наслаждение от близости со мной.
- Ты просто высокомерный сукин сын! - Джин снова кинула в него что попалось под руку. Она хотела убить его за то, что всегда был таким…таким…недосягаемым, холодным, уверенным и чужим! Он всегда был прав! - Ненавижу!
- Прекрати так говорить со мной, - Равен уклонился от летящего в него стакана из-под виски, который ударился об стену за его спиной и разлетелся на осколки.
- Я скоро вообще перестану говорить с тобой! - сказала Джин, оглядываясь вокруг, чтобы что-нибудь кинуть.
- Нашла, чем испугать! – зарычал Равен, поднимая руку и закрываясь от коробки. – Прекрати. Ты напрягаешь руку, у тебя разойдутся швы…
Джин зарычала, останавливаясь на мгновение, чтобы вновь бросить на него уничтожительный взгляд.
- Хватит делать вид, что тебе есть до меня какое-то дело!!! – закричала она. – Мы, черт возьми, оба знаем, что ты бесчувственный! Прекрати притворяться хорошим!
Равен с раздражением сжал кулаки.
- Ты ничего обо мне не знаешь. И хватит портить вещи! Можешь уничтожить все вокруг, но я больше ничего тебе не куплю. А тебе здесь ещё год жить!
Джин окончательно взбесилась.
- Мне ничего от тебя не нужно! Ничего!!! Это все супербогатое дерьмо оставь себе! – кричала Джин, бросая в него все подряд. – Не нужны мне твои деньги!
Больше не собираясь это терпеть, Равен направился к ней и в считанные секунды преодолел расстояние между ними. Джин попыталась отскочить от него, но Равен легко преградил ей дорогу, а отступать было некуда. Он перехватил и сжал ее запястья, останавливая поток ругательств и летящих в его голову предметов.
- Довольно, - тихо, но твердо сказал Равен. - Если хочешь выплеснуть злость, в особняке есть ринг и боксёрская груша! Спортзал всегда открыт.
Джин сжала челюсть, не позволяя злым слезам пролиться.
- Теперь я понимаю, почему люди пытаются тебя убить! - Он просто сводил ее с ума!
Во взгляде Равена промелькнул опасный огонь.
- Мы оба знаем, что у тебя на такое сил не хватит. Проверяли уже.
- Я поменяла свое мнение. Дай мне грёбаный пистолет и узнаешь!