Джин обнаружилась Равена в саду, у бассейна. Как и прежде, вкуснейший завтрак был накрыт на двоих, но их вновь посетила Киса с утра пораньше, сама того не понимая, немного разряжая обстановку своим присутствием.
Джин поздоровалась едва слышно и села за стол. Равен ответил ей кивком, не прерывая свою помощницу, которая с умным видом что-то рассказывала про прыжки доллара и необходимость сворачивать сделку. В другой ситуации Джин бы удивилась, что эта женщина что-то смыслила в экономике, но сейчас ее больше интересовали омлет и булочки с корицей.
Джин постаралась абстрагироваться, но все равно чувствовала на себе тяжёлый взгляд Равена, который требовал ее внимания. Он не сводил с нее глаз, как только Джин пришла.
Казалось, он совсем не слушал Кассандру. Его взгляд пристально исследовал тело Джин, будто выискивая видимые повреждения. Он чуть задержался на ее шее, ключицах, запястьях, отмечая свежую не слишком умелую перевязку, а затем метнулся к лицу. Равен долго смотрел на нее, ожидая, что она поднимет глаза, но Джин не сделала этого. Она не хотела играть в гляделки и вообще его видеть. Джин старательно делала вид, что его не существует.
Должно быть, она выглядела хреново. По крайней мере, чувствовала себя Джин ужасно.
Ей всю ночь снились кошмары, как Равен вновь отправляет ее в бордель, или Джаред, узнав о подставе, пытает ее самыми безумными способами. Утром она потратила много времени на то, чтобы накраситься и не выглядеть как тень.
- Достаточно, Кассандра, - перебил ее Равен на полуслове. - Подожди в гостиной.
Киса недовольно насупилась, оскорблённая тем, что ее доклад не произвел на босса впечатления, и ушла, цокая каблуками по дорожке. Джин ещё сильнее напряглась, ведь они остались одни.
- В чем дело? - озадаченно спросил Равен, поставив чашку с кофе на стол. - Что с тобой?
Джин нехотя подняла глаза и пожала плечами.
- Все хорошо.
- Я ненавижу, когда мне лгут. Я же вижу, что это не так, - строго заметил Равен.
Джин с раздражением закатила глаза.
- И давно ты заделался в психологи? Разве тебе есть какое-то дело?
- Раз спросил, значит есть, - сухо ответил Равен. - Не трать мое время, просто скажи, что не так...
Джин не выдержала и фыркнула.
- Все. Не. Так. Я могу назвать десятки причин, по которым терпеть тебя не могу, и почему у меня скверное настроение!
Равен устало вздохнул, понимая, в чем причина ее угнетенного состояния. С каждым днём она все больше смиряется со своим положение, осознавая, что ей не сбежать. Призрачная надежда тает. Равен довольно жестоко напоминает ей об этом.
- Как твоя рука? - спросил он, когда его взгляд упал на ладонь.
- Лучше, - солгала она.
Взгляд Равена дал ей понять, что он не верит в это.
- Я так понимаю, запрет на выход из дома аннулируется? - стараясь не выдать своей заинтересованности, спросила Джин. Ей бы хотелось наконец осмотреть прилегающую территорию. Мартин упоминал, что она обнаружит здесь много чудесных сюрпризов вроде огромного бассейна, у которого они сейчас завтракали.
- Да, это ограничение снимается. Я запрещал тебе гулять, не потому что опасался, что ты сбежишь, а потому что хотел, чтобы ты немного успокоилась и свыклась со своим положением. Существовала большая вероятность, что ты утопишься в бассейне.
- Ты плохо меня знаешь, - спокойной возразила она. - Ты ошибаешься сразу по двум причинам. Во-первых, я не свыклась с тем положение, которое ты мне определил. Этого никогда не произойдет. Во-вторых, я не настолько слаба, чтобы так бездарно распорядиться своей жизнью и умереть.
Взгляд Равена изменился. Джин увидела, как в его глазах мелькнуло уважение, и подумала, что его порадовал ее ответ.
- Пройдись по магазинам с Кисой. Тебе нужно обновить гардероб. И сегодня будем ужинать дома.
Джин закатила глаза.
- Меня не впечатляют эти маленькие женские радости, если ты пытаешься поднять мне настроение, - тихо ответила Джин, ковыряя вилкой в салате.
Равен с раздражением бросил салфетку на стол.
- Я вовсе не пытаюсь тебя развеселить. Мне плевать, что тебе что-то не нравится, - резко ответил он. - Но не надо изображать из себя жертву!
Джин бросила на него испепеляющий взгляд.
- Я не обязана радовать тебя постоянно, мило улыбаясь. Я не могу делать вид, что ты мне нравишься. Я ненавижу тебя, и ты это знаешь!