- Не удивительно, - зарычала она, раздражаясь от того, что он не давал ей кончить. Он был таким придурком. У него были садистские наклонности. Равену нравилось доводить ее до состояния ничего не соображающего животного, которое только и может умолять об освобождении. Он любил пытать ее таким изысканным образом. - Может ты уже что-нибудь сделаешь, чтобы это изменить?
Равен шлёпнул ее по бедру, заставляя вздрогнуть, не отрываясь от ее лона, продолжая играть с ней.
- Не рычи на меня, иначе не получишь ничего, - сурово предупредил он, и Джин замерла.
- Скажи, что ты моя, - потребовал Равен и ввел в ее пылающую промежность два пальца, заставляя ее внутренние мышцы сжаться.
Его член, болезненно ноющий от желания, дернулся, и Равен зарычал.
Джин застонала, когда рычание вновь отразилось вибрацией на ее лоне.
- Скажи!
- Твоя, - сдалась она. Не полностью, но она принадлежала ему. В какой-то степени. Джин благоразумно не стала добавлять этого вслух.
- Умница, - удовлетворенно пробормотал он, начиная трахать ее пальцами, одновременно быстро лаская клитор языком, отчего Джин через считанные секунды кончила. Она вскрикнула и дернулась, когда удовольствие ударило по ней теплой оглушительной волной.
Равен довольно улыбнулся и ещё несколько раз провел по ее мокрым складочкам языком, пробуя ее удовольствие на вкус. Он оставил ее, когда она перестала вздрагивать от волн оргазма.
Он поднялся по ее распростертому телу и навис над ней, опираясь на руки. Джин открыла глаза, чувствуя себя ленивой довольной кошкой.
С хищной улыбкой он наклонился к ней и поцеловал, вталкивая язык в ее рот, чтобы она ощутила собственный терпкий вкус. Он погладил ее язык, лишая воздуха, заставляя задыхаться.
- Правда ты чертовски сладкая? - его низкий рокочущий голос прошёлся по нервным окончаниям, вновь поселив томление внизу живота. - Ты такая красивая, когда кончаешь.
Джин обняла его руками за шею, и ее ноги обхватили его талию, позволяя их телам соприкоснуться. Его каменный от напряжения член упирался в ее лоно. Она начала ерзать, потираясь об него.
Равен провел носом по ее шее.
- Скажи, как ты хочешь, - его шепот обжигал. - Я могу быть нежным для тебя. Могу быть грубым. Сегодня будет все, как ты пожелаешь. Скажи мне, как ты хочешь.
Джин задрожала от его слов. Она не знала, почему он делал это, но точно знала, чего хочет.
Она обхватила его за шею и посмотрела в глаза, увидев отражение своего желания.
- Я хочу, чтобы ты занимался со мной любовью.
Его глаза блеснули, но Равен не стал отказывать. Он наклонился и накрыл ее губы своими, целуя жадно и нежно, невыносимо сладко. Его язык медленно гладил ее собственный, не позволяя вдохнуть, отчего Джин ощутила, как вновь разгорается желание. Ее голова шла кругом. Мысли путались.
Равен вошел в нее, наполняя одним плавным толчком до упора, медленно, но неотвратимо. Его твердый член растягивал чувствительные стенки лона, отчего Джин застонал ему в рот, окончательно теряя разум, когда Равен начал двигаться.
- Вот так? - прозвучал его хриплый шепот над ухом. - Так тебе нравится?
Он покачивал бёдрами, вновь и вновь проникая в нее невыносимо глубоко, задевая те самые чувствительные точки, заставляя Джин тихо стонать в изгиб его плеча.
- Да...- выдохнула она, задыхаясь. - Да, Равен... Пожалуйста...
Равен перехватил ее руки и сжал их над головой.
- Хочу, чтобы твои руки были здесь, - выдохнул он ей в губы, прежде чем прикусить их. Он всосал в рот нижнюю и потянул, а затем вовлек ее в глубокий поцелуй.
Джин дернулась, но Равен лишь сильнее сжал ее запястья, давая понять, что у нее нет шанса что-то изменить и все будет так, как он решил.
Ей нравилось чувствовать, что у нее не было выбора. Ощущать себя будто в ловушке, прижатая его сильным горячим телом к постели. Ничто не заставляло ее чувствовать себя слабой женщиной больше, чем ощущение, как он так изыскано подавляет ее. Она прикусила его за подбородок, ловя себя на мысли, что он был идеальным любовником.
Ей было приятно. Равен никогда прежде не заботился о ее наслаждении, не сдерживал свою страсть, брал ее грубо, жёстко, но сейчас он трахал ее не торопясь, глубоко и сильно, но невыносимо нежно.
Равен позволил ей переплести их пальцы. Она сжимала его ладони с каждым толчком все сильнее, и никогда еще не чувствовала себя ближе к нему.
Равен целовал ее шею, не оставляя отметины, не жадно, как свою игрушку, а бережно, оставляя влажные поцелуи, заставляя Джин дрожать. Постепенно он увеличивал темп и силу толчков, туго проникая в ее разгоряченное лоно. Она потерлась щекой о его щеку и посмотрела ему в глаза, позволяя увидеть, как удовольствие затуманило ее взгляд.