- Ты сама пришла, - прорычал он ей на ухо. - Сама пришла ко мне. Я знаю, ты хотела этого.
Джин обвила его шею руками, притягивая к себе, и поцеловала, безумно желая почувствовать его губы на своих. Она не хотела ни о чем думать.
Ее стоны. Ее запах. Ее вкус. Движение губ. И ощущение сжимающейся киски вокруг его члена сводили Равена с ума, заставляя трахать ее сильнее, двигаться агрессивнее, жестче, глубже, быстрее...
- Кончи, когда будешь готова, - шепнул Равен между поцелуями, забрасывая ее ногу на сгиб своей руки, изменяя угол наклона так, чтобы его член с каждым толчком задевал клитор и ударял в ту самую точку глубоко внутри.
Ещё несколько ритмичных сильных ударов, и Джин застонала ему в рот, царапая плечи, а ее бедра задрожали. Через пару секунд она выгнулась под ним и закричала.
Он не позволил ей отстраниться и вошёл особенно глубоко как раз в тот момент, как ее лоно сжалось вокруг его члена, заставляя выплеснуть все семя.
Равен застонал, утыкаясь лбом в ее плечо, тяжёло дыша. Понадобилось пару секунд, чтобы он пришел в себя.
Он лег рядом, и Джин поежилась от холода, который тут же коснулся ее расслабленного тела. Заметив это, Равен притянул ее к себе, позволяя положить голову к себе на грудь. Он потянулся куда-то назад и стянул с дивана покрывало, чтобы накрыть их.
Вокруг были разбросаны диванные подушки и их одежда, а лежали они на ковре, но Джин не хотела уходить отсюда.
Джин неуверенно положила руку ему на грудь, чувствуя сильные удары сердца, и прикрыла глаза, ощущая себя уставшей и довольной. Она немного поерзала, устраиваясь удобнее, ощущая, как постепенно проваливается в сон.
Равен подтянул сползшее покрывало, накрывая ее голые плечи.
Он смотрел в потолок, думая о том, что никто уже очень давно не ставил его потребности выше своих желаний. Он знал, что обязан ей дать что-то взамен.
Глава 20.2
Он смотрел в потолок, думая о том, что никто уже очень давно не ставил его потребности выше своих желаний. Он чувствовал, что обязан ей дать что-то взамен.
- Я встретил сегодня человека из прошлого, - хрипло негромко сказал Равен, заставляя Джин удивлённо замереть. - Он напомнил мне о худшем времени в моей жизни, о том, что я не всегда был независимым... Я рос в окружении бандитов, где кровь проливалась так же часто, как всходило солнце.
Ее пальцы скользнули по его груди ниже и очертили грубый шрам на боку.
У Равена были и другие шрамы, она никогда не спрашивала о том, где он их получил, но вероятно, его ни раз хотели убить, и удивляться этому было бессмысленно. Сейчас она подумала, что возможно ошиблась, и Равен заработал их намного раньше, когда был ещё молод и был вынужден сражаться за свою жизнь.
- Тогда ты получил их? - тихо спросила она, не представляя, какую боль он испытывал от этих ран.
- Большую часть, - мрачно отозвался Равен, продолжая смотреть в потолок.
- И зачем этот человек нашел тебя? - напряжённо спросила Джин, зная, что если эта встреча заставила Равена напрячься, этот человек, кем бы он ни был, имел огромные возможности.
- Мне не ясны его мотивы, но его появление никогда не несло ничего хорошего.
Джин подняла голову и положила подбородок ему на грудь, всматриваясь в лицо. Внезапно догадалась.
- Ты был под его влиянием.
Равен сжал челюсть.
- В какой-то степени. Он...растил меня, когда не стало моего отца. Он работорговец. Занимается поставками девушек в Мексику, где их продают на аукционах как рабынь для развлечения богатых извращенец, - он неосознанно начал гладить ее по спине, потому что прикосновения к ней успокаивали его. Поэтому Равен ощутил, как она напряглась после его слов. - Теперь тебе страшно?
Джин действительно стало страшно. Она не предполагала, что Равен был частью чего-то настолько ужасающего.
Она так долго молчала, что Равен едко усмехнулся.
- Что? Уже достаточно откровений?
Он оставался внешне собранным и равнодушным, но она чувствовала, что он напряжённо ждал ее ответа и боялся получить осуждение. Джин вновь погладила его по груди, пытаясь успокоить их обоих.
- Так ты...вырос в Мексике? Как ты туда попал? - нахмурилась Джин, пытаясь вспомнить все, что слышала о семье Торреса.
- Если коротко, мой отец был влиятельным человеком, возглавлял...синдикат. У него был легальный и теневой бизнес, но он не торговал смертью, - сказал Равен так же невозмутимо, но Джин чувствовала, что он расслабился, не ощущая от нее нападок. - Когда он создал семью, стал задумываться о том, чтобы продать несколько своих компаний и оставить только те, что не связаны с криминалом. Он постепенно переводил бизнес в легальный. Но ни один легальный бизнес не будет приносить столько денег. В его окружении было много недовольных. И за это его убили. Его место занял этот работорговец, который стал меня воспитывать. Он не дал меня убить, но решил превратить в убийцу.
Джин обдумывала каждое услышанное слово.
- Сколько тебе было?
- Десять, когда отца не стало, - равнодушно ответил Равен. - Меня готовили занять его место. Но я ушел, потому что не хотел больше видеть весь этот кошмар и тем более, чтоб он стал моей жизнью. Там же я встретил своих стражей. Вместе мы уехали оттуда, когда появилась возможность.
Джин молчала какое-то время, обдумывая это. Равен не торопил ее, почему-то успокоившись после того, как рассказал ей об этом. Эти несколько слов не отражали сути десяти лет, которые он провел в аду, но сам факт, что она не накинулась на него с обвинениями, заставил его чувствовать себя не таким ужасным человеком.
- Ты построил свою империю, чтобы у них не было возможности тебя заставить вернуться?
- Не хотел, чтобы кто-то снова имел на меня влияние.
Она не знала, хочет ли знать больше.
- Хочешь о чем-то спросить? - почувствовал он.
- Нет.
- Я убивал, когда это было необходимо. Не по чьему-то приказу, а когда считал, что так будет правильно. Не могу сказать, что ни о чем не жалею... Я допускал ошибки. Но было время, когда меня устраивала эта жизнь.
- Я же сказала, что не хочу знать об этом!
- Я хочу, чтобы ты знала. Чтобы ты понимала, кто я, и никогда не забывала об этом.
Джин села и раздражённо посмотрела на него.
- Ты не виноват в том, что жил в аду! Зачем ты пытаешься убедить меня в обратном!? Ты хочешь, чтобы я боялась тебя?
Равен сел и, протянув руку, коснулся ее щеки.
- Не хочу, - тихо ответил он, смотря в ее ледяные глаза. - Но это было бы благоразумно.
Джин едва заметно улыбнулась.
- Я не отличаюсь благоразумием. Мы это уже выяснили, - она потянулась к нему и прижалась к его губам.