Тимар` Ом Брон рассмеялся, после чего его щеки затряслись, и он выкрикнул сигнал к атаке.
Бесчисленное множество орков, держа строй, замаршировали вперед. Наездники на пустынных львах, размахивая топорами, обходили их с фланга. Отряды, которые остановились резать друг друга, продолжили все это делать с усиленным рвением. Тех, кого спасали от ударов доспехи, падали, не имея шансов подняться. Орда шла. Маршем. Давя всех на своем пути.
Эльфы обрушали лавину стрел и заклинаний, шаманы почти не блокировали их, они били их сами. Силы были не равны. Эльфийские лучники горели заживо. С фланга их обходили.
- Дочь, используй амулет, - старый эльф посмотрел добрыми глазами на Мирамэ, - не бойся его, - он ласково опустил ей руку на плечо и поцеловал в лоб.
Эльфийка схватила старый кулон и начала читать заклинания, сначала медленно, потом все громче и громче, ноги её начали отрываться от земли, пока она не подняла руки вверх. В этот же момент, миллиарды песчинок поднялись в небо. Никто ничего не видел. Дышать стало невозможно. Оставшиеся орки медленно отступали назад во мрак, держа шиты наготове. Поднялся ветер, он был все сильнее и сильнее, песок начинал резать щеки, глаза. Гном пытался вспомнить, где лежал Гар’Ан, чтобы успеть вытащить его с поля боя. Но он не смог увидеть даже плеча своего боевого товарища, только чувствовал его шит.
Земля начала дрожать, ветер стал дуть снизу, поднимая частицы вверх. Весь песок поднялся к небесам затмив луну. Стояла беспросветная мгла. Тимар` Ом Брон колдовал. Весь поднятый эльфийской песок начал собираться в один идеальный шар, который то пытался расшириться, разорваться, и снова всех накрыть, то собирался вновь. У эльфийки начала течь кровь. Эльфийские маги начали колдовать вслед за эльфийкой. Шаманы орков не уступали им, но их было больше, и скоро их речь потонула в возобновившейся резне. На гнома набросился орк, но его молот был длиннее и еще на полпути ужасный удар заставил повалиться нападающего. Послышался сдавленный крик. На его месте оказался другой, взмах топора, Гринвэр не успевал. Молодой орк парировал его удар шитом, открылся. Гринвэр не промахнулся. Орк пытался также защититься щитом, но удар молота был настолько силен, что шит разлетелся на множество щепок, а рука безвольно повисла вниз. Внезапно шар из песка полетел в сторону Мирамэ. Он с жутким звуком врезался в неё. Стоящие рядом просто исчезли. Мирамэ стояла на колене. Защитное заклинание её защитило…но не её отца. Он лежал, весь в крови. Без движения. На песок потоком лилась кровь. Она смогла защитить себя, но не людей рядом, ни того, кого она так сильно любила. Она встала и посмотрела вдаль, где стоял на холме и улыбался старый шаман. Она закричала. Глаза её были белые, как слоновая кость, и внутри них сияли молнии. Она закричала еще раз и еще. Без памяти от горя. В глазах были слезы. Она резко взмыла высоко вверх и по кожаной броне стали вспыхивать искры. Ударили молнии из ясного неба. Они вырывались под светом луны, не щадя врагов. Их были тысячи. Они били, а раскаты грома накрывали всех. Не было слышно ни команд, ничего вокруг, только гром. Гром вырванной ярости. Свет. Стало светло как днем. Гном подумал, что это рассвет, но это было не так. Послышались крики. Огненные струи, как песчаные черви вырывались на поверхность, оставляя после себя обожжённые тела. Камни начали падать с неба, рассекая черепа, разрывая кожу и доспехи. Началась паника. Орда начала таять. Тимар` Ом Брон пытался все это сдержать, но у него не выходило. Он посылал в эльфийку заклинания, но они рассевались не долетая до неё.
- Дочь леса, тихо вымолвил гном. Она же себя убивает! - с этими словами он бросился к Мирамэ.
Молнии вперемешку с огнем съедали врагов, оставляя лишь обугленные и изуродованные тела. Молния ударила в Тимар` Ом Брона, еще одна, он смотрел на эльфийку, которая старела читая заклинания, но не останавливалась. Еще одна, еще. Он блокировал их, но внезапно струя огня вырвавшаяся у него из-под ног, ударила его. Старый орк покрылся пламенем. Раздался жуткий крик, Тимар` Ом Брон упал, корчась в дикой боли. Через секунду огонь потух, оставив на песке скелет ворона, сидевшего на оплавленной кольчуге в паре с другим скелетом.