Хин слез с пижамы и уселся на тёмно-синий свитер Евы, конечно, малыш сразу же стал синим, только зелёные глазёнки сверкали, с интересом разглядывая хозяйку.
- Но это неважно, нас пытались убить! – сделала большие глаза Ева, потрясая магблокнотом. -
Вопросов пять!
Она разложила листки из магблокнота по одному на каждый предмет: один на стеклянный прямоугольный столик, второй на широкое чёрное кресло, третий на узкую кровать, застеленную чёрным покрывалом, четвёртый на белый подоконник, пятый на полку с несколькими книгами по теории магии.
- Подумай, Хинни, кто бы хотел меня уби… - Ева плюхнулась в кресло, - а если это невеста принца? – спросила она малыша, быстро перебравшегося к ней на колени и ставшего похожим на шахматную доску – клетчатым и чёрно-белым.
Ева гладила горячую шершавую спинку Хина и оглядывала пустые стены. Злата заклеила свою всё-таки розовую и кружевную комнату множеством плакатов, картинок, фотографий с любимыми певцами и актёрами, а Еве нравились аккуратные обои синего цвета с золотыми тонкими полосками, пять магических светильников-шариков висели под идеально-белым потолком. Комната Евы напоминала номер в недорогой по-домашнему уютной гостинице. Ничего лишнего, разве только пижама на кровати и прозрачная коробка Хина на стеклянном столе. Ах, ещё планшет рядом с коробкой.
Ева влезла в сеть, обдумывая первый вопрос, но решив ответить сначала на последний. Пролистав страшное количество информации об императорской семье, Ева надела брюки, собираясь спуститься к ужину. Хин вскарабкался на её локоть. Но Ева посадила его в коробку.
- Нет, ты ждёшь меня тут, один поешь и отдохни, - сказала она Хину, насыпав корма в узкое отверстие для еды.
- Папа, - Ева мило улыбнулась ещё на лестнице, - мне нужно кое-что уточнить к докладу по истории магии, разрешишь подключиться к информаторию минут на семь?
Отец, поднявший голову от телефона, казалось, вынырнул со дна моря. Вместе с папиным кивком Еве пришёл пароль, и она начала соображать, как сформулировать запрос. На «Главные эпизоды биографии невесты принца правящей династии» - ничего не вышло. «Имя невесты принца» - тоже пусто. Ева протянула руку за печеньем и откусила от ароматного треугольничка. Пальцы правой руки легонько отбивали ритм звучащей внутри музыки, при этом почему-то запахло мятой и апельсинами и ей вспомнились горячие губы принца: «п…р…и…» - «Принц и его магия…» выскочило среди рекламы новых карет и автомобилей. Ева выронила печенье и так широко открыла рот, что кусочек, который она ещё не проглотила, выпал на планшет. Смахнув крошки печенья с экрана, Ева обернулась к отцу, но не стала отвлекать его своим неожиданными озарением, а осторожно отключилась от информатория, предварительно стерев тему.
- Садимся есть, - мама тащила огромный поднос, ей помогала подлиза-Злата.
Младшая сестрица так быстро сервировала стол, что Ева только и успела подумать: «У прислуги сегодня, видимо, выходной».
Ева не могла есть. Она пила воду, перебирала вилкой листья салата и размышляла, имеет ли значение то, что ей случайно удалось узнать? И можно ли доверять такому сногсшибательному раскладу карт? За вечер молчания она пришла к выводу, что не будет больше целоваться с принцем и никому не скажет о своём открытии. Не говоря уже о том, что она постарается забыть о принце.
Ева убежала к себе, когда все пили кофе.
- Хинни, милый малыш, только тебе и можно доверять, - Ева осторожно достала дремлющего зверька из коробки, ласково погладив, устроила его на чёрном покрывале. – Всё не так! Хин, нас одурачили! Меня, Злату, весь универ!
Хин почернел и приоткрыл зелёные глазки.
- Я так радовалась, что принц, наконец, обратил на меня внимание, поддалась его обаянию, и не сложила вместе два и два! Ведь я узнала, что у принца магия ледового удара. На… на самом деле принц - Ингард! Его не охраняют, потому что он может постоять за себя! Он приехал из-за границы, потому что берсерк не имеет права унаследовать трон и, о его способностях лучше не знать нашим союзникам в мире! – Ева зажала рот руками, как никогда ей хотелось рассказать всё-всё хотя бы Хину. – Нет. Я расскажу тебе потом обо всём, сейчас язык не поворачивается, - пообещала она ящерке.