Женщина безошибочно почувствовала кардинальное изменение в его ауре: пред ней стоял вовсе не тот прежний, капризный и бесконечно вспыльчивый младший принц, вечно требовавший материнской ласки и юношеского бунта. Это был совершенно иной, сформировавшийся хищник, перешедший на охоту куда более высокого порядка.
— Ты изменился, Деймон, — тихо констатировала она, гордо выпрямляя спину и мгновенно скидывая с себя напускную маску соблазнительницы. Ее голос стал сухим, деловым и собранным. — В замке сегодня что-то произошло?
— В замке прямо сейчас происходит глобальный передел мира, — небрежно ответил Таргариен, поманив любовницу унизительным жестом указательного пальца. — Подойди ближе.
Она послушно приблизилась. Мужчина властно взял ее за тонкий подбородок — не грубо, не оставляя синяков, но с той же безупречной, ледяной и подавляющей властностью, которой совсем недавно так виртуозно подчинил Алисенту Хайтауэр.
— Твой уютный дом, твои смазливые девочки, твое скопленное золото — абсолютно всё это держится исключительно на моем добром имени, — прошептал Порочный Принц, немигающим взглядом глядя ей прямо в расширенные зрачки. — Отто Хайтауэр искренне считает тебя грязными нечистотами Блошиного Конца. Для чопорного Десницы ты — порченая тварь, которую можно и нужно раздавить каблуком.
Деймон чуть сильнее сжал пальцы на ее подбородке.
— Со мной же ты станешь истинной, недосягаемой королевой теней этой столицы. Но для такого возвышения твоя шпионская сеть должна работать не на сбор пустых пьяных сплетен о том, кто с кем спал. Ты будешь добывать компромат, от которого начнут с грохотом рушиться великие дома Вестероса. Ты хорошо понимаешь меня?
Мисария судорожно сглотнула, физически ощущая, как от его ледяной, непоколебимой уверенности по голой коже бегут табуны мурашек. Это было совершенно не похоже на обычное соблазнение — это была голая демонстрация первородной силы, перед которой у бывшей рабыни не оставалось иного выбора, кроме полного, добровольного подчинения.
— Я безраздельно служу тебе, мой принц, — выдохнула она, не смея отвести взгляд. — Что именно ты хочешь знать сегодня?
— Абсолютно всё о членах Малого Совета. Каждая жалкая медяшка, утаенная от королевской казны. Каждый смазливый мальчик или девственница, тайно приведенные в спальню лорда. Каждое письмо, отправленное вороном в обход королевы или короля. И начнем мы, пожалуй, с Великого Мейстера Меллоса.
Мисария мягко, но поспешно высвободилась из захвата. Она бесшумно подошла к изящному секретеру из черного дерева, отперла потайной ящик и достала оттуда пухлый пергаментный свиток, туго перевязанный неприметной черной бечевкой.
— Старик Меллос невероятно аккуратен, — проговорила шпионка, бережно разворачивая пергамент на столике перед принцем. — Но его услужливые младшие ученики и слуги из Цитадели — тоже всего лишь люди из плоти и крови. Они обожают крепкое арборское вино и молодых, уступчивых девиц. Наш Великий Мейстер ровно каждые две недели отправляет секретные депеши Архимейстеру в Старомест. И делает он это отнюдь не через королевскую воронятню, а через наемных курьеров, всегда останавливающихся в «Седьмом Небе».
— О чем именно эти письма? — заинтересованно прищурился Деймон, подавшись вперед.
— Исключительно о здоровье Визериса. Меллос с маниакальной точностью описывает каждую новую язву на дряблом теле короля, каждую его физическую или душевную слабость и… точный состав снадобий, которые он ему ежедневно скармливает. А еще — свои личные, подробные наблюдения за принцессой Рейнирой. Старик по крупицам составляет для Цитадели глубокий психологический портрет будущей правительницы.
Деймон тихо, понимающе усмехнулся. Мудрецы Цитадели и амбициозные Хайтауэры действовали в плотной, неразрывной связке уже не первое десятилетие. Старомест методично, шаг за шагом готовил благодатную почву для полного политического контроля над династией Драконов.
— Что у нас по казначейству? — деловито продолжал допрос мужчина.
— Лорд Лиман Бисбери кристально честен, но увы, слишком староват и слеп, — лукаво улыбнулась Мисария, чувствуя себя увереннее в родной стихии интриг. — Его проворные младшие писари из домов Редвинов и Хайтауэров годами нагло списывают тысячи золотых драконов на мифический «ремонт портовых доков» и «закупку отборного фуража». Эти огромные деньги тихой рекой уходят напрямую в купеческие гильдии Староместа. У меня есть точные копии настоящих расписок и их поддельных ведомостей.
— Просто превосходно, — Деймон стремительно поднялся с кресла, по-хозяйски забрал свиток со стола и легко, почти невесомо поцеловал Бледное Горе в висок.