Кристон сжал квадратные челюсти до явственного хруста, а его смуглые щеки мгновенно, предательски вспыхнули густым румянцем стыда и гнева:
— Я… я решительно не понимаю, о чем вы говорите, Ваше Высочество…
— О, абсолютно всё вы прекрасно понимаете, Коль, — с обвораживающей, но ледяной грацией прошептал Деймон. Он расслабленно оперся широким плечом о гладкую каменную колонну, вглядываясь в лицо гвардейца. — Вы дали священный обет перед богами. Вы преданно храните верность нашей принцессе. Это похвально. Но поймите простую вещь: истинная верность короне — это отнюдь не слепая, разрушительная ревность отвергнутого самца.
Деймон понизил голос до угрожающего шепота.
— Моей племяннице жизненно необходим этот политический брак, чтобы навсегда закрыть жадные рты южным овцам. Велариону, в свою очередь, нужны его симпатичные кудрявые мальчики для утех. А мне… мне в этом замке нужны верные рыцари, которые умеют беспрекословно слушать мои приказы, а не устраивать пьяные, кровавые драки прямо перед глазами короля.
Таргариен медленно, но непреклонно положил свою руку поверх белой ладони Коля, судорожно сжимавшей эфес меча, и с силой надавил вниз, заставляя отпустить оружие.
— Служите ей, сир Коль. Защищайте её ценой своей жизни, — ледяным тоном продолжил принц. — Но если вы сегодня, поддавшись эмоциям, сделаете хоть одну непоправимую глупость, которая бросит малейшую тень на светлую честь Рейниры… поверьте моему слову, «Темная Сестра» снесет вам вашу гордую голову значительно раньше, чем вы успеете дочитать молитву «Семь Престолов». Мы кристально ясно поняли друг друга?
Кристон Коль затравленно, исподлобья встретился взглядом с мерцающими, темно-фиолетовыми глазами Порочного Принца. В их бездонной глубине ярко горел такой нечеловеческий, абсолютный и подавляющий авторитет истинного дракона, перед которым любая рыцарская спесь или уязвленная гордость мгновенно пасовала и обращалась в прах.
— Я всё понял, мой принц, — сдавленно, сквозь стиснутые зубы выдохнул сломленный гвардеец, отступая на шаг.
— Вот и чудно! — лучезарно просиял Деймон, убирая руку и слегка, по-отечески похлопав его по закованному в белую сталь плечу. — А теперь, сделайте одолжение, улыбнитесь. Это всё-таки великая свадьба, а не похороны.
Спустя примерно час в тихой, затененной гобеленами галерее, расположенной позади шумного пиршественного зала, раздались торопливые, тихие шаги.
Молодой и смазливый сир Джоффри Лонмут, в узких кругах прозванный Рыцарем Поцелуев, крайне осторожно, воровато оглядываясь, прошмыгнул за тяжелую бархатную портьеру. Он наивно рассчитывал на короткую тайную встречу и нежные объятия с Лейнором. Однако вместо долгожданного жениха в густом полумраке скрытой ниши его молчаливо ждал совершенно другой, куда более страшный человек.
Деймон Таргариен расслабленно стоял у распахнутого узкого окна. Он не спеша, с грацией фокусника играл тонким валирийским кинжалом, перекидывая его из руки в руку. В густой темноте острое, как бритва, лезвие тускло поблескивало опасным, рубиновым отблеском.
— Сир Джоффри, — внезапно раздался из густой тени бархатный, глубокий голос. — Вы, часом, не заблудились в наших коридорах? Главный стол с вином и шлюхами находится совершенно в другой стороне.
Лонмут испуганно замер на месте, а его рука инстинктивно, рефлекторно дернулась к поясу, где висел меч:
— Принц Деймон… Святые боги, простите, вы напугали меня. Я лишь… я лишь искал немного свежего воздуха. Там, в зале, слишком душно.
— Свежий, морской воздух — вещь, безусловно, невероятно полезная для здоровья, — философски согласился Порочный Принц.
Он медленно, ленивым шагом хищника шагнул вперед, полностью выходя на бледный свет луны.
— В особенности он полезен для тех длинноязыких глупцов, кто слишком сильно любит тайком шептать на ухо юному Велариону о том, как именно устроен этот замок и кто с кем в нем спит.
Джоффри стремительно побледнел, сливаясь цветом со стеной, но из последних сил попытался сохранить на лице привычную, дерзкую ухмылку придворного фаворита:
— Мы с Лейнором просто очень давние, близкие друзья, Ваше Высочество. Я лишь, как верный друг, забочусь о его душевном покое перед брачной ночью.
— Заботитесь, значит? — Таргариен в одно мгновение, неуловимым броском сократил дистанцию между ними.
Прежде чем испуганный Лонмут успел хотя бы моргнуть, не говоря уже о том, чтобы выхватить свой клинок, сильные, прохладные пальцы Деймона мертвой, стальной хваткой сжали его беззащитное горло. Принц с глухим ударом впечатал легкого рыцаря прямо в холодную каменную стену. Холодное острие валирийского кинжала больно уперлось прямо в нежную кожу под подбородком Джоффри, заставив того судорожно затаить дыхание и закатить глаза.