- Я за кофе, тебе принести?
Мы почти разгребли и очистили несчастный стол.
- Я пас, но если там будет чай, не откажусь.
- Сможешь, если что, ответить на звонок?
- Конечно. - И я, копируя манеру девушки. Подношу воображаемую трубку. - Здравствуйте, вас приветствует МаксиМедиа. Нет, Большой босс сегодня очень занят, но я определенно точно могу… - начинаю кривляться, а Поля заливается смехом. Эта девчонка словно сошла со страниц детских сказок. Такая нежная, хрупкая, искренняя и как она одна справляется только с этим монстром.
Давно мне не было так легко с людьми. Вновь окунаюсь в мир договоров, каких-то пометок, заметила, что девушка фанат стикеров. Они у нее приклеены буквально везде. Яркие, цветные, с нарисованными героями из аниме и Диснея. Беру ярко-красный листочек с желтым смайликом и прихлабучиваю себе на лоб. Не спрашивайте мотивы некоторых моих действий, они не поддаются логике нормального человека.
- Полина, кофе и по-живее. - Раздается бархатный голос и дверь распахивается. Бог ты мой. - А ты кто такая?
А кто я такая? Тупо пялюсь на молодого мужчину. Высокий, очень высокий лет 27-28, я бы сказала. Соломенные волосы аккуратно зачесаны назад, на щеках щетина явно не 3-х дневной давности, что отнюдь его не портит, а лишь придает брутальности. Классический синий костюм в мелкий рубчик, словно сшит на заказ. Он сидит как влитой, обтягиваю, идеальную фигуру парня. Я во все глаза таращусь на него, он без стеснения пялится на меня.
- Кхм, - нарушает, наше зрительное пожирание друг друга, мужчина. - Кто ты?
- Я - Саша, - его гипнотические зеленые глаза буквально пожирают меня.
- Саша, это хорошо. Давай попробуем еще раз. Кто? Ты? И где Полина? Кажется, именно так звали эту рыжую зазнобу. - Он у меня что ли спрашивает?
- Эээ. Кирилл Максимов, - нервно сглатываю я и зачем-то тянусь к телефонной трубке.
- Что Максимов? - Подбадривает парень, прослеживая путь моей руки.
- Он… Эээ… - Мозги в кисель. - Он... Меня...А я…
- Ясно. - Серьезно чтоли? Фух. - Когда Полина вернется, скажи чтобы зашла к нам.
- Угук, - только и могу выдавить из себя.
Проклятье, долбанный стикер!
По возвращению, Полина так разволновалась, что опрокинула на себя мой чай. Пришлось снова немного поработать за секретаря, чтобы дать девушке возможность переодеться.
Время стремительно приближалось к 9 вечера. Полина засобиралась домой, кидая на меня вопросительные взгляды.
- Не идешь?
- Не, дождусь Кирилла… Денисовича, - должна же я показаться, отметиться. Интересно сколько еще продлятся эти их переговоры.
- Ну ладно. Увидимся завтра?
- Возможно, - неопределенно жму плечами.
Желаю девушке хорошей дороги и остаюсь в приемной одна.
Диван кажется таким восхитительно мягким, а день необычайно длинным. Мне хватает нескольких минут, чтобы провалиться в сладкую дрему. Сама не понимаю как, но я засыпаю.
Иду знакомым маршрутом к бабушке. По улицам уже гуляют сумерки и ощущение, что за мной наблюдают не покидает которую неделю. За каждым углом, в каждом чертовом подъезде мне мерещится Он. Его жадные, грубые руки. Руки, которым я почему-то позволяю делать все, что им хочется. С моим телом, разумом, чувствами. У него шершавые подушечки и мозолистые ладони. Когда он проводит ими по моей голой коже, ощущение словно наждачка прошлась, сдирая слой за слоем. Его взгляд колючий, как те розы, что он подарил мне на 18-летие.
Почему никто не замечает, как он на меня смотрится? Он же словно наизнанку меня выворачивает. Аж внутренности трясутся. Иногда он бывает нежным. Шепчет милые комплименты на ушко, водит своими мозолистыми ладонями по гладкой кожи и жадно тянут мой запах.
Он говорит, что ему нравится, как я пахну.
Он говорит, что я напоминаю ему праздник и подарки.
Он говорит, что я его самый ценный подарок.
Темная подворотня, во дворе бабушкиного дома. У ног, затянутых в блестящие босоножки, рассыпаны кроваво-красные розы. Они мертвы, жестоко разорваны зверем. По моим рукам стекает что-то противно-вязкое и теплое. Ноги предательски дрожат, намереваясь подкоситься. Его руки снова на мне. Они путешествуют по моей талии, шеи, бедрам, жестко сжимают грудь сквозь черный бархат платья. Шершавые пальцы касаются моих губ, надавливая, требуя их приоткрыть, а я кривлюсь и пытаюсь отвернуться. Моя вторая ошибка за этот вечер.