Какая Лягушатская? Какой Париж? Какие голубки? Но самое главное, какого жЁниха мне собралась искать эта неуёмная старушка? Ох, сейчас и устрою бабуле допрос с пристрастием.
После пятого звонка, дверь наконец-то распахнулась.
- Сашенька, это ты, - бабушка сразу как-то погрустнела и сникла.
- Ты ждала кого-то другого? - прыгать на одной ноге по прихожей, пытаюсь стянуть мокрый сапог, очень увлекательное занятие, скажу я вам.
- Ждала. Ох ждала, Сашенька. Думала Фася вернулся. - грустно констатировала бабушка и прижала платок к покрасневшим глазам.
- Откуда вернулся? И в звонок позвонил, и в дверь лапкой постучал? Ты чего, бабуль?
- Украли, Сашка, моего Фасеньку. Украли, точно тебе говорю. Он ведь у меня видный такой, холеный, упитанный.
- Скорее разожравшийся и оборзевший - вспомнила я бабушкиного черного любимца. Лично притащила его еще котенком, можно сказать выцарапала из лап смерти, а если точнее отобрала у Юрки Соловьева, главного дворового задиры. Отмыла, накормила, спать в любимую кроватку уложила, бабушку забрать себе уговорила, а он каждый раз меня встречает недовольным миуф и демонстративно скрывается под ванной. Зато с бабушкой у них случилась крепкая любовь и неземная привязанность. - Соседей обходила? По подъездам объявления клеила? - бабушка, всхлипывая, отрицательно замотала головой. - Так, отставить панику, найдем мы твоего Фаську-засранца. Кстати, это тебе от мамы.
Глава 4. POV Саша.
Следующий день наступил так же стремительно, как и окончание университетских каникул. Тучи над городом рассеялись, позволяя насладиться последними теплыми деньками. В наушниках привычно грохочет AC/DC “Highway to hell”, плечо оттягивает рюкзак с полсотней распечатанных объявлений и мамиными вкуснючими пирожками. Вот сейчас расклею листы по подъездам и будем с бабушкой чай пить, ожидая возвращения семейного Мефистофеля.
- Да ты воровка, а еще строила из себя французскую Фрау - я только зашла в знакомый двор, а уже слышу знакомый возглас. Всегда спокойную и рассудительную бабу Клаву очень сложно вывести из себя, но кому-то это удалось.
- Чтобы тебе было известно Фрау обращение из Германии.
- Да хоть из Уганды. Ты воровка, он мой.
Ровно на том самом месте, где еще вчера я прикидывалась владыцей лужи дождевой, сейчас разгорались нешуточные страсти. Бабушка, в наспех запахнутом любимом цветастом халате и домашних тапочках, уперев руки в бока грозно взирает на своего оппонента, к слову сказать, ту самую морковно-рыжую даму, чуть поодаль маячит Дарья Иванна в своем черном балахоне, а между ними абсолютно невозмутимо восседает Фася и попеременно смотрит то на одну, то на другую визави, лениво зевая и жмуря глазки свои бесстыжие под августовским солнышком.
- А что здесь происходит собственно?
- Да вот, внучка, поймала воровку с поличным, можно сказать. Это она самым наглым образом моего кота присвоила себе, а еще строила из себя великосветскую мадам, противно, тьфу. Пойдем ко мне Фасюлька.
Вильнув хвостом, кот демонстративно поворачивается ко всем мохнатым задом и уверенным шагом направляется по неведомому маршруту, удаляясь прочь от шумных старушек. Моя бабуля от наглости такой кошачьей громко охает, а потом вскрикивает, потому что именно в эту минуту во двор заруливает смутно знакомая блестящая ауди и, не сбавляя скорости, мчится к месту обитания кота. Думаю я когда-нибудь перед тем, как делать? Неа, ни капельки и броситься машине наперерез, мне кажется самой трезвой мыслью из всех имеющихся. Противный визг тормозов. Отборный мат. Хлопок дверью. Пронесло.
- Да ты точно больная, - я приоткрываю один глаз. Не пронесло. - Жить надоело, девочка? Какого хрена под колеса бросаешься?
- А какого хрена ты мчишься, как в зад подожженный? Это между прочим двор, где дети гуляют.
- Ты что ли, Красная Шапочка?
- А ты по всей видимости Иван-Дурак, здесь кот между прочим сидит, ослеп совсем. - Парень ошалело смотрит на меня, затем переводит взгляд под ноги, где ужом крутится Фауст. Не поняла.
- Мемфис, ты как здесь оказался? - Парень ловко подхватывает на руки внезапно раздобревшего котофея.
- Какой еще Мемфис, это Фауст и он наш, - я уже готова вырвать нашего пухового члена семьи из цепких мужских лап, но этот засранец, кошачьей наружности, внезапно начинает на меня шипеть и кидаться своими когтистыми лапками. Уууу, предатель.