- Мы не знаем наверняка, - осторожно говорит он. – Хейден ищет ответы….
- И он здесь?
- Мы приехали вместе.
- Хорошо, - твердо говорю. – Я не знаю, какую цель вы преследуете, и если честно мне все равно, но сейчас у меня нет времени на все это. Вы ищете информацию и разбираетесь с этим, - буквально приказываю я, указывая на наши метки. – Я иду за принцессой.
- Ты уйдешь? Одна? – почти с паникой говорит он.
Я делаю шаг к двери.
И в этот момент он осторожно берет меня за руку. Не резко. Не удерживая. Просто касается, словно спрашивая разрешения. Его ладонь теплая, пальцы напряжены. Метка горит.
- Подожди, - говорит он тише. – Я не пытаюсь тебя остановить.
Он смотрит на наши соединенные руки, как на что-то волшебное.
- Я знаю, что ты уйдешь в любо случае, - продолжает он. – Я не прошу остаться. Позволь пойти с тобой. Если ты снова…. Я….
Он тяжело сглатывает, пугая меня. Снова эти странные чувства. Не мои. Его. Страх. Смятение. Паника. И……нежность. То, чего быть не должно, не смотр ни на что.
Я машу головой из стороны в сторону, отказывая ему. Он не пойдет со мной. Я не могу ему позволить. Даже если в глубине своей души, хочу этого…
- Я телепортировала Измаэль в Храм. С помощью своего медальона телепорта. Больше у меня его нет, - тихо, но твердо говорю. – Мне предстоит долгая и опасная дорога. Но я справлюсь сама. А вас я прошу, как можно скорее, разобраться с метками.
Осторожно забираю руку и ухожу.
- Береги себя, - говорит он мне вслед. Не как приказ. Как просьбу, которую он не вправе требовать.
Я не оборачиваюсь. Дверь открывается легко. Коридор встречает прохладным воздухом и далекими голосами. Шаг. Еще один.
Я иду за принцессой.
Это мой долг.
Это мой выбор.
И если мне снова придется заплатить за него – я сделаю это не оглядываясь.
Глава 6
Дворец дышал холодом, как живое существо, которому было плевать, кто в нем замерзнет первым. Каменные стены впитали ночь и не спешили ее отпускать: факелы лишь подчеркивали тьму, не разгоняя ее. Здесь всегда было так – сумрачно, гулко, неуютно, словно само пространство не желало присутствия людей.
Трое братьев сидели за длинным столом, вытянутым, как алтарь для жертв. Их тени ползли по полу, и в каждой из них было больше жизни, чем в их лицах. Они были похожи – холодные глаза, резкие черты, одинаково презрительные усмешки, - но отличались в одном: каждый по-своему наслаждался властью.
Служанка подошла тихо, почти бесшумно, как здесь было принято. Она знала: если хочешь выйти живой и невредимой – будь тихой и незаметной.
- Медленно, - бросил один из братьев, даже не глядя на нее. – Ты не в коровнике.
Она поставила кубок. Рука дрогнула.
Другой усмехнулся и резко схватил ее за руку – не чтобы удержать, а чтобы напомнить, кто здесь вещь, а кто хозяин.
- У нас здесь все такие неловкие, дорогие братья, или эта особенная? – мерзко ухмыляясь сказал он.
Она не ответила. Не имела права. Боялась.
Третий брат наклонился вперед, разглядывая ее так, как смотрят на предмет – без интереса, но с чувством полного обладания.
- Женщины во дворце портятся быстро, - лениво сказал он. – Слишком много воздуха, слишком мало ума.
Они рассмеялись. Не громко – смех был сухим, лишенным радости, и от этого становился еще неприятнее.
Служанка вырвала руку, сделала шаг назад и снова склонила голову. Здесь выживают не те, кто сопротивляется. Здесь выживают те, кто терпит.
А дворец молчал. Он видел это сотни раз. И всегда оставался на стороне братьев.
Вино осталось нетронутым. Казалось, им было не до этого.
- Она должна была быть здесь, - зло процедил один из братьев вдруг. – Если бы не эта тварь…
- Телохранительница… В ней магии какие-то жалкие крупицы, - ударяя рукой по столу, сказал другой. – Эта вылазка стоила нам огромных усилий. И она не увенчалась успехом.
- Нужно выяснить куда перенеслась наша маленькая принцесса! – буквально приказывает третий. – Другого шанса у нас не будет.
- Но, брат, эта….тварь…
- Она мертва! Больше нам никто не помешает. Мы должны выяснить где она до того, как в игру вступит этот хлыщ из Вельмута, - сжимая край стола до белых костяшек, говорит первый. – Он должен заплатить за то, что заточил нас сюда. И он заплатит.
*****
Теплая ночь медленно опускалась на маленький импровизированный лагерь. Костер медленно потрескивал, выбрасывая вверх искры, которые гасли, не долетая до темного неба. Где-то в кронах деревьев перекликались птицы – редкие, сонные голоса, будто мир говорил вполголоса, чтобы не мешать чужим мыслям.
Два брата сидели друг на против друга, пристально глядя на огонь. И каждый видел в нем свое. Младший сжимал пальцы, разжимал, снова сжимал. Он репетировал вопрос в голове уже не первый час, но слова каждый раз застревали в горле. Слишком опасные. Слишком личные. Слишком….. неположенные. Старший нарушил молчание первым.