Он бросил последний взгляд на запертую дверь.
- Пусть спит спокойно. Скоро она нам понадобится.
Факелы затрещали. Тяжелые шаги постепенно стихли в бесконечных подземных коридорах, и вновь наступила тишина.
Глава 9
Я проснулась еще до рассвета. В таверне стояла привычная тишина, которая мне уже казалась подозрительной. Столько всего произошло накануне. В камине догорали угли, пахло дымом, пролитым элем и сырой древесиной. Я села на кровати и на мгновение прислушалась. Никаких шагов. Никакого звона стали. Только ветер тихо посвистывал за ставнями.
Хорошее утро.
Я застегнула кожаный доспех и привычным движением закрепила меч на боку.
Сегодня предстоял долгий путь. Сначала – лес. Старый, густой и неприветливый. Потом мертвые земли с мертвым лесом. Там всегда нескончаемые дожди. Повести туда лошадь я не смогу. В обычном лесу куча троллей, а в мертвом не работает никакая магия. Лично для меня проблема обычный лес, а не мертвый. Я – воин. Меня учили выживать с помощью собственных физических возможностей. В обычном лесу много троллей. Очень много. Я справлюсь с ними, но не если они нападут скопом. А учитывая мою удачливость, именно это и произойдет.
Когда я толкнула дверь, меня встретил холодный утренний воздух. Он пах влажной землей, сосновой смолой и свободой. Вот как пахнет свобода, когда ты не связан никакими клятвами и ритуалами. После моей смерти, медальон храма раскрылся и упал. Теперь он не более чем красивая безделушка.
Я вдохнула полной грудью, поправила ножны и шагнула вперед, навстречу сонному городу. Ступени главной улицы ещё влажные от ночной росы, а небо к востоку уже светлело, окрашивая края облаков в бледно-сиреневый. Я двигалась по краешку тротуара, стараясь не стучать каблуками по камню, хотя в этом пустом городе, просыпающемся с трудом, никто меня не ждал - кроме тех, кто спрятан за деревьями.
Лес начинался сразу за старым рвом. Обычный лес. Казалось бы, безобидный, но каждый куст здесь помнил крики, каждый ствол хранил шрамы от тролльих сабель. Я знала понаслышке: дозорные не ходят туда до полудня, а на рассвете тролли особенно голодны и раздражительны. Но иного пути не было. Идти в мёртвый лес, а он ждал за первой рощей, окутанный непроницаемым туманом, где дожди не прекращались столетиями и магия вязла в воздухе, как в густом сиропе, было нельзя без подготовки. Мне нужно будет хотя бы одну ночь переждать в обычном лесу.
Ветер шевельнул волосы, и я невольно замерла. Вчерашняя ночь снова нахлынула. Эти сны - отклик той нити, что связывала меня с Аэроном? В этот раз мы танцевали. Луна висела низко, отбрасывая на траву длинные серебряные блики, и его пальцы легли на мою талию так уверенно, как будто мы знали друг друга века. Не было слов. Только ритм, только тяжесть его взгляда и та невероятная, пугающая мягкость, о которой ему, возможно, нельзя было даже подозревать.
Я остановилась у края тропы, ведущей в чащу, и глубоко вдохнула. Он не отступит. Я это чувствовала. Каждое его слово, каждый намёк в прошлых пересечениях, кричал об одном: он готов ждать, готов рисковать, готов переломить всё, лишь бы дойти до меня. А я? Я не знала, что делать с этим напором. Что делать с его чувствами, которые я пока не готова отпустить или принять? И с тем страхом, что моя связь с ним может стать не спасением, а якорем. Чувства, которые, по-честному, я не могу принять. Не имею права.
Птица пискнула в верхних ветвях. Тролли пробуждались. Я поправила ремень заплечного мешка, сжала в ладони старинный амулет - не от магии, а от памяти - и шагнула в тень деревьев. Первые кроны сомкнулись над мной, отсекая последние проблески дня. Воздух тут сразу изменился - стал гуще, пах сырой землёй и прохладной хвоей. Я не стала замедлять шаг. Из-за поваленного дуба вышли двое лесных кабанов: мохнатые, с искривлёнными клыками и настороженным рёвом. Я не стала тратить силы на предупреждения. Удар рукоятью кинжала в морду одного, короткий, точный выпад клинка в горло второго - и чаща вновь поглотила звуки, кроме ветра в ветвях.
Я выпила воды из фляги, наточила клинок и отправилась дальше. Движения были чёткими, маршрут — знакомым. Я шла, укладываясь в размеренный ритм, пока тьма не заполнила каждую щель между деревьями.
Ночлег я выбрала у массивного гранитного уступа, заваленного кедровым лапником. Место казалось глухим, далёким от троп, а значит - безопасным для троллей. Утром я поймала себя на мысли, что это предчувствие, а не расчёт.
Крик разнёс чащу раньше, чем я успела коснуться рукояти меча. Они выскочили из темноты, будто земля сама их родила. Двенадцать. Их кожа покрывала шрамы, вокруг витал едкий смрад сырой глины и застоявшейся крови. Я не стала ждать. Вихрь стали, рубящий, отсекающий, отбивающий тупые удары. Кровь обожгла щёки - их и моя. Четверо уже не шевелились, но пятый занёс булаву, а остальные смыкались плотным кольцом. Я нырнула под его удар, развернулась и рванула прочь.