– Вот! – запыхавшись, он подлетел к Лиске. Явно очень боялся, что девочка уйдёт.
– Я думала, ты мне подаришь фото своего братца принца Феликса, – хитро заметила подружка. – Он лапочка! Я его обожаю.
Котик с полной уверенностью решил, что «Лиска» не имеет никакого отношения к растительности. Это Лиса!
– В следующий раз, – небрежно пообещал он. – А пока испытаем мой подарок. Знаешь, что это? Светорамка!
– Я видела такие на ярмарке, – Лиска не могла полностью скрыть зависти. – Большая! У тебя много пластинок?
– Несколько коробок! Могу заклеить хоть всю башню! – похвастался Котик. – Попробуем?
Он взял пустую металлическую рамку, вставил в неё прозрачную, чуть отливающую янтарём пластинку, гладкую с изнанки и с особой ребристостью с лицевой стороны. Навёл кадр на них троих в обнимку с котёнком, поймал пластинкой солнечный зайчик, и рамка на секунду вспыхнула.
Сдвинувшись лбами, сделав погуще тень, Котик и Лиска рассматривали объёмный стереоснимок. Их лица проглядывали неярко, рябили волнами. Для настоящей чёткости нужно наклеить на гладкую сторону зеркальную плёнку – отражатель. Тогда картинка станет как живая, будет светиться даже в темноте. В ней навсегда останется глубина и ясность майского дня.
– Так ничего не видно, слишком светло, – разочарованно отстранилась Лиска.
– Зайдём под арку к Вратам Снов! – сообразил Котик.
Они спрятались в глубокую тень. Принц чиркнул о стенку кремниевым фонариком – «чесночной головкой». При её мерцающем голубом свете дети рассматривали свои сияющие солнцем лица.
– Ты тоже это видишь или мне просто кажется? – взволнованно шепнул Котёнок.
– У меня четыре двоюродных брата… – упавшим голосом ещё тише ответила Лиска. – Но ни один…
– …не похож на тебя так, как я, – угадал её мысль принц.
Дочка садовника вздохнула, крепче прижав к груди котёнка.
– И это тоже. Я хотела сказать, ни один не похож на другого, как мы с тобой! Может, это неправильный снимок?
– Или неправильный свет? Хочешь, наклеим зеркалку, проверим? Тогда всё будет хорошо видно!
– Нет! Стой, не надо! Давай лучше сотрём его… – Лиска сама не понимала, чего боится. Они оглядывались в темноте, как заговорщики. Убедившись, что их никто не слышал, вышли на свет и впервые вгляделись в глаза друг друга. На солнце и у принца, и у Лиски серые радужки зрачков поблёскивали чистым серебром. И то же они видели на снимке.
– Ты раньше видела у кого-то такие глаза, как у тебя? – через силу спросил Котёнок.
Подружка молча помотала головой, забрала из рук принца рамку и поймала блик. Пластинка вспыхнула и снова стала чистой.
– Послушай… – начал Котик.
– Мяу! – жалобно напомнил о себе серый малыш на руках у Лиски.
– Давай решим, что делать с ним. О нас – потом, – со взрослой серьёзностью твёрдо сказала дочь садовника.
– Очень хочу оставить его в башне… Хотя бы потому, что он наш, общий… Но боюсь, как бы его не выгнали. Вдруг я не смогу защитить маленького? Знаешь, придумал! Отдадим его в гарнизон, страже башни! Там он вырастет настоящим охотником. Будет у нас сторожевой кот! Ведь это мальчик?
– Да, он мальчик, – улыбнулась Лиска, старательно отвлекая себя, чтобы не разреветься от непонятного волнения. – Как назовём? Может быть, Феликс?
– Филька? Это смешно! Хотя… как думаешь, у него могут быть оранжевые глаза, когда подрастёт?
– Не знаю. У всех котят сначала серо-голубые, не угадаешь… А почему оранжевые?
– Чтобы звать его Филин. Всё равно будет Филька, только никто не догадается, что это в честь принца Феликса! Будет секретное имя!
– У нас, похоже, всё секретное, – знакомым ворчливым тоном пробормотала Лиска. – Филин так Филин. Самое имя для сторожевого кота! Идём!
Она решительно отнесла котёнка к двери гарнизона. Вызвала старшего, и они с принцем торжественно поручили малыша заботам солдат, охраняющих Врата Снов.
Командир обещал заботиться о Филине, как о королевском коте, поставить на довольствие, учить военной службе и не обижать. Дети поспешно выскользнули опять на солнце и сели рядом на крыльцо перед садовой дверью.
– Что теперь делать, Котик? – наконец Лиска полностью доверила инициативу принцу, понимая, что он ориентируется в тайнах и заговорах лучше. – У тебя есть идеи?
– С идеями негусто, – принц смотрел под ноги. – Знаю одно: никто не должен знать! А если это видно так, как в светорамке…
– Мы не должны встречаться, – поняла Лиска.
– На людях, – поспешно уточнил принц. – Нас не должны видеть вместе. Это не значит, что… Ты понимаешь.
– Да, – кивнула дочь садовника. – Ты приходи ко мне во двор. Там часто никого нет. И там нас не найдут.