- И я буду сражаться в первых рядах, - угрюмо произнес Аграв, - Я буду защищать свой народ, как защищал его прежде. Вместе с шандалами мы уже побили ваших людей, побьем снова.
Налин сурово посмотрел на Аграва и грозно произнес:
- Ты что действительно не понимаешь, что здесь происходит. Вы восстали против власти кагана Амваджии. Такое не прощается. И хотя вы отпустили многих воинов, но слухи уже облетели покоренные народы. Люди говорят о том, как храбрый принц Дорг в одиночку разбил всю армию амваджов. Такое не прощают, войско амваджов уничтожит твой народ как урок для остальных.
- Мое место там, - твердо произнес Аграв, - Возможно нам повезет опять и от войска амваджов ничего не останется. Как сын и внук я выполню свой долг и приму вас, если вы сдадитесь. Я отвезу вас в Кингар, откуда вы сможете уехать куда пожелаете.
Налин усмехнулся и Санту обнял Аграва.
- Когда твои метурцы побегут от нас постарайся сдаться нашим людям. После гибели этого презренного народа ты увидишь, что у тебя не осталось ничего кроме амваджов. Я уверен, что со временем ты примешь амваджов за свой народ. А пока оставайся. Я хочу побыть с тобой хотя бы несколько дней. А твоих людей мы предупредим.
Аграв убедил Налина встретиться с Умгалом. Налин был на редкость тактичен и не сыпал угрозами. Они мирно посидели за трапезой, но обещать он мог лишь одно. Умгала это не устраивало. Тем временем пришел вызов на прием у кагана, и послы начали готовить дары для владыки.
Санту взяв с собой Аграва одетого в амваджскую одежду поспешил во дворец. Они шли по галерее и Санту говорил:
- Прием закрытый, но мы можем все посмотреть с галереи. Даже твоих людей впустили лишь во двор. К кагану попали лишь послы, упомянутые в грамоте.
- Зачем такая секретность, - не понял Аграв, - Неужели там будут вестись переговоры особой важности. А что если кто-нибудь как мы проникнем на галерею и подслушаем.
- Там везде охрана, - сказал Санту, - Но сегодня утром Налин сменил охрану и в нужном нам месте стоят наши люди. Поэтому не волнуйся.
Они прошли во внутренние помещения, и вышли в тронный зал. Сверху им было видно все, а их никто не видел. Аграв видел стоящих охранников, но те делали вид, что никого не заметили. Аграв подумал, что можно убить этого Мидара посеяв смуту. Но что если к власти придет тот же Дуарте и на пике мщения метурцам за смерть Мидара поведет орду в нашествие.
Отбросив глупости в сторону, он посмотрел вниз. А там Умгал произносил торжественную речь, перед троном Мидара Он говорил громким голосом:
- Мой повелитель владыка Мидар каган непобедимых амваджей! Вы оказали мне честь принять меня и моих товарищей. Мы принесли дары нашей земли и сочтем за честь, если вы примите их.
- Дары ваши мы принимаем, но я хочу услышать от тебя посол, почему были убиты лучшие из амваджей, а аран Уфал изгнан из Метуро.
Умгал посмотрел на суровые лица амваджей и громко произнес:
- Мой повелитель Мидар о восстании мы узнали в Метуро самыми последними. Когда прибыл командор Клем, мы и подумать не могли что кто-то захочет воспротивиться его власти. Потом он затребовал подкрепление, и мы впервые услышали, что народ взбунтовался. Однако люди лишь защищали храм неприкосновенный по Закону Калуфа. Командор Клем нарушил закон и народ взбунтовался.
- Дело здесь не только в захвате храма, - сурово произнес Дуарте, - Вы подняли руку на амваджа, а это карается по закону смертью. А уж захват столицы никак не оправдать защитой храма.
Аграв с удивлением отметил, что Дуарте вмешался, совершено непочтительно к особе кагана. Мидар весь напрягся и жестко произнес:
- Твои люди нарушили закон, и потому я оправдываю действия метурцев. Они поступили по закону не дав грабить священные земли. За это преступление я судить не буду, таково мой слово.
Дуарте весь красный от гнева склонил голову.
Мидар тем временем продолжил:
- Но у нас остался вопрос в отношении захвата столицы. Это уже мятеж, как и незаконная коронация. Какие условия предлагает твой король Дорг?
- Мой король предлагает мир и союз. Он готов сотрудничать с амваджами, но поскольку народ сделал его своим королем, он не намерен больше платить дань. Метурцы свободный народ и больше мы ошибок прежних ашей не допустим.
Мидар оглядел суровые лица своих советников. Все они давно вынесли приговор метурцам, и сейчас требование Дорга лишь подливало масло в огонь.
- Вот значит как, - произнес Мидар угрожающе, - Мой поданный требует, чтобы я сидел здесь и был доволен тем, что нахал Дорг не объявил мне войну. И что таково мнение всего народа?
- Мой повелитель Мидар Наранья твой раб предлагает головы все мятежников, а взамен просит лишь корону Метурии. Он клянется в вечной верности вашей милости.
Аграв весь побледнел, и хотел было обозвать Умгала предателем, но Санту удержал его. А Мидар некоторое время думал о том, что сказал Умгал. Наконец он объявил:
- Я ценю дары твои и проявлю милость. Метурцы совершили преступление и будут примерно наказаны. Когда мои воины сожгут все города и крепости остаток народа будет выселен из этой проклятой земли. Там больше не будет короля или арана. За смерть амваджа мы покараем весь народ. Те, кто не желают общей участи, могут уехать в Бенлур, и мы пощадим их. Что касается предложения нашего друга Нараньи, то мы его отвергаем. Твой сао многое сделал для амваджей и мы ценим это. Но нам не нужен еще один король на троне Метурии. Это улус хана Дуарте и лишь Метуро входил в область нашего подчинения под управлением арана Уфала. Но Дорг может спасти свой народ. Еще до осени он должен приехать сюда и сложить корону. На этом все, посол.
Умгал стоял ошарашенный приговором всей своей стране. Он хотел было сказать еще что-нибудь, но передумал. Все что он мог он уже сделал. Он поклонился и вместе с метурцами покинул тронный зал.