— Эйлин нарядили под твой браслет, — сказал он. — С зеленым он не сочетался, хотя зеленый – надо признать – идет ей куда больше красного.
— А та девушка, которая приносила пирог.
— Кто о чем, — буркнула Яра и указала в толпу. — Вон она, тоже в красном.
Элиаш проследил за ее длинным пальцем и увидел сидящую на подушках девушку в красном. Действительно, глаза были похожи. Только и всего.
— Она не танцует, — заметил Динис. — Почему?
— Поди спроси.
— Какая ты добрая, — сладко запел Динис и затянул кальян.
— Весь мозг мне выела, — рыкнула Яра и стала злобно пережевывать пахлаву. — Приехала из кижи, а требует как принцесса. С ней в одной комнате не хочу, под окном спать не буду, балдахин хочу красный, подушку, матрас помягче… Убила бы.
— Ясно, не подходит, — сказал Динис и снова затянул кальян. — Хотя пирог был ничего.
— Мне все еще не кажется, что я хочу жениться.
Динис и Яра притихли и перевели на него взгляды. Элиаш смущенно потупился и спрятал лицо в коротких волосах Диниса, пахнущих орехами и апельсинами. Куртизан снисходительно заулыбался и погладил его по голове, запустив пальцы в волосы.
— Тебя никто и не заставляет, — защебетал Динис, почесывая принца за ухом, как кота. — Тебе нужно просто выбрать кого-нибудь…
— Я уже выбрал.
Не успел Динис найти, что ответить, как сзади послышался тихий золотой перезвон, и запахло маслом ши. К уху принца наклонилась жрица Инара, величественно звякнув длинными подвесками, имитирующими сережки. Элиаш напряженно сглотнул и сильнее прижался к Динису, будто куртизан мог его защитить от жестокости сестры.
— Помните о нашем уговоре, принц, — тихо сказала жрица. — Иначе история может принять неожиданный оборот. И – для вас – не очень приятный.
Элиаш зажмурился и кивнул. Весь культ был в руках принцессы Инары, и она могла вертеть культистами, как ее душе будет угодно. Элиаш даже боялся представить, насколько легко она могла забрать его куртизана, даже глазом бы не моргнула. Он намеревался держаться за него до последнего, но цепкие лапы культа грозились вырвать его намного раньше, чем даже Элиаш успел бы за него ухватиться. А Динис, кажется, даже не подозревал, в какой опасности, по мнению Элиаша, находился.
— Не переживайте, принцесса, — улыбнулся он, — мы как раз помогаем принцу определиться с выбором.
— Хорошо, если так, — она перевела на него взгляд. — Я надеюсь, ваш вкус совпадает со вкусом принца Элиаша.
Она выпрямилась и тихо вернулась к своему месту. Элиаш заметно расслабился и выдохнул. Динис сдвинул брови и передал ему мундштук.
— Ты чего так напрягся?
Элиаш затянул кальян и не ответил. Теперь он проявлял чуть больше внимания к девушкам.
— Я не знаю, как лучше, — признался он.
— Делай то, что велит тебе сердце, — сказал Динис. — Так будет правильно.
— Ты знаешь, что велит мне сердце, — тихо сказал Элиаш, чтобы Яра или никто другой из куртизанов не услышал. Динис фыркнул и качнул головой.
— Тогда делай то, что должно. Не ошибешься.
***
— Я должен делать то, что должно? — тихо спросил Элиаш, убирая пряди с лица и раскидывая их по подушке.
— Верно, — протянул Динис, откидывая упавшие на него пряди. Он крепче стиснул принца в объятиях и прижался губами к его затылку. — Если не знаешь, как лучше, стоит сделать, как должно.
Элиаш промолчал в ответ на замечание куртизана, и Динис тяжело вздохнул. В такие моменты – Элиаш знал – он очень жалел, что у постели не стоит раскуренный кальян и блюдо с кадаифом.
— Я не уверен, что это то, чего я хочу, — пробурчал Элиаш.
— Твой долг и твои желания очень редко будут совпадать, принц.
— Но это выглядит, как мое желание! Я выбрал этих девушек, а позже я выбрал из них…
— Эйлин, — напомнил Динис.
— Да. И теперь они готовят свадьбу, но этого ничего я не хотел! А выглядит так, будто мне это больше всех надо.