Сначала я пыталась достучаться до отца, чтоб он открыл глаза на проблему, ведь этот барьер может вскоре отравить весь материк, его необходимо было снять. Но он меня так и не услышал. Подумал, что меня околдовали "ужасные фейри" и чуть не сослал в монастырь. Он видимо специально пытался скрыть от всех, что барьер приносит вред людям, и делал это весьма успешно, раз в столице до сих пор об этом ни одна душа не знает.
Поэтому мы начали действовать тайно, начиная с обычных митингов и заканчивая сбором информации о том как снять барьер. Ведь это могли знать только Император и его наследник. Так и появилась наша небольшая гильдия "Серебряные тени".
В столицу мы прибыли рано утром, туман ещё обволакивал землю. Поднявшееся солнце едва пробивалось сквозь пелену и уже припекало. Озарённый солнцем дворец покорял своим великолепием, золотые крыши, несколько высоких башен, все стены обделаны белым мрамором. Но я же чувствовала себя здесь, словно в клетке.
По мощеной дороге мы добрались до западных ворот дворца, мне удалось подкупить караульных, чтобы они не раскрывали подробностей о моих похождениях. Тут же неподалёку от сада был размещён тайный проход, через который мы и проскользнули.
Во дворце уже кипела жизнь, всюду сновали и суетились горничные, а из столовых доносились крики поваров, ведь уже через два дня будет бал дебютанток. Он проводится ежегодно, обычно летом, на нем собираются девушки, которые достигли совершеннолетия. Очень часто на таких балах заключаются помолвки. И именно этот бал открывал сезон празднеств.
Мне придётся тоже там присутствовать, так как я принцесса, но мне бы не хотелось встретить там графа Моник. Хоть я не сомневаюсь в снадобьях Имир, но всё же странное предчувствие меня не отпускает.
Попрощавшись со своими сопровождающими, и даже не смыв дорожную пыль, я плюхнулась в кровать и заснула беспокойным сном, в котором мне снилось как граф отрубает мне голову, за предательство Императора. Почему я вообще захотела его спасти? Может из-за чувства вины перед ним?
*Ётун - денежная единица Империи Кастилия.
Глава 5
Кейрон
— Вот же, зараза! - сказал я, когда задел рукой чернильницу и испачкал рукава рубашки.
Сегодня вечером, мы с Эстель отправимся в Императорский дворец Логрен, на бал дебютанток. Думаю и принцесса тоже будет там. Интересно, они правда думали, что если ударить по голове, то человек всё забудет?!
— Витаешь в облаках? Ты хоть слушаешь меня? - сказал парень, развалившись на диване в моем кабинете и поправляя красную шевелюру.
С Карселем мы подружились, когда маркиз Грисволд направил его стажироваться к отцу. Сначала мы не поладили, вечно гонялись за результатами друг друга. Но один раз мы серьёзно подрались из-за того, что я не согласился с ним, что племянница императора Мирабель, "самая прекрасная девушка в Империи". Ну а мне откуда было знать?! На тот момент я даже не знал как она выглядит. После этой драки, оба смеялись до боли в животе, а потом и вовсе сдружились в академии. Карсель был рядом, когда я хоронил семью. Помогал в воспитании гномика. Но это не отменяет тот факт, что он бывает порой невыносим.
— Нет, Карсель. Как думаешь все ли члены императорской семьи будут присутствовать на балу? - спросил я, когда подошёл к шкафу и взял черную рубашку на смену.
Пока Иклис протирал стол от чернил, в кабинет пришла Эстель, в муслиновом платье цвета морской пены, держа в руках поднос с чаем.
— Я подумала, что нам стоит выпить чаю перед отъездом, - поставив поднос на журнальный столик, сказала она.
— Спасибо, гномик, - я с легка улыбнулся, когда увидел её надутые от возмущения щечки.
— Я же просила тебя вчера, чтобы ты перестал меня так называть, я ведь выросла уже! - начала возмущаться она.
— Я обещал на людях не называть тебя так.
— А меня ты за человека не считаешь что ли? - попытался отшутиться Карсель. Он расстегнул свой бордовый бархатный камзол, украшенный по краю золотым позументом.
— Давайте лучше уже чая выпьем, скоро уже отправляться, - сказал я,- И кстати, почему ты не со своей женой поехал? Неужели поругались? А как же ваша вечная любовь до гроба?
— Нет мы не поругались, просто она заранее хотела поехать, чтобы с родителями повидаться, а меня они не очень то и жалуют, если ты не забыл. - с обидой сказал Карсель и сложил руки на груди.
— Папа не хотел вас обидеть, маркиз Грисволд, он просто неудачно пошутил. - сказала с улыбкой Эстель, но при этом незаметно ударила меня в бок.
Боли я не почувствовал, хотя рана должна была ещё долго заживать, но сейчас она уже не беспокоит. Я не знаю, как и чем меня лечили, но это оказалось очень эффективным, ведь спустя неделю рана полностью зажила, оставив после себя светлый шрам.