- Аделина, прекрати. Ты не должна использовать магию мертвых. Это запрещено. – ругаюсь я (то есть та я) на нее. – Вспомни, что случилось с твоим отцом и почему нам пришлось бежать сюда. А моя мама осталась там сражаться.
- Я помню, помню, - разочарованно говорит девушка и цветок в ее руке испаряется. – Но я ничего не могу поделать. Магия зовет меня. Мне тяжело с ней бороться.
- Вот вернется мой отец и поможет тебе. А пока давай я заклинание забвения почитаю.
Аделина только отмахнулась:
- Ты же знаешь, что на магию мертвых никакие заклинания не действуют. Иногда это ее раздражает и она еще сильнее начинает впиваться мне в сердце. Я боюсь, что однажды не смогу ей противиться и стану на темную сторону.
- Не бойся сестренка, все у нас будет хорошо. Вот увидишь.
Я обняла Аделину и мы еще сидели с ней, наблюдая самый красивый закат над озером.
Кто-то следит за нами из-за кустов. Сейчас подойду и узнаю. Моро? Что он здесь делает?
Не успев додумать, я снова мчусь назад в воспоминания.
Очень похоже на школьный бал. Девушки в бальных платьях, парни в камзолах. Играет музыка. Все смеются и танцуют. А я же не умею танцевать! Когда вернусь, надо будет срочно учиться. А то какой-нибудь бал и я сяду в лужу со своими умениями.
А вот и я вальсирую с молодым кавалером. Это же темный. Но почему я с ним танцую и мило беседую. Надо пробраться поближе. Хорошо, что я дух и меня никто не видит.
- Алисия, ты же знаешь, как я к тебе отношусь, - шепчет он.
- Знаю, Минар, - отчужденно отвечаю я.
Так, Минар, значит. Интересно, это все-таки Моро или какой-нибудь его брат близнец?
- Алисия, будь моей женой, я готов для тебя измерение перевернуть, только согласись.
- Извини, Минар, ты же знаешь, что ты для меня, как брат, - улыбаюсь я. – Мы с тобой росли под одной крышей. Как я могу выйти за брата (смеюсь)? Давай останемся друзьями?
- Хорошо, - соглашается мой кавалер.
Музыка в этот момент стихает. Он провожает меня до кресла, а сам удаляется.
Что ты там бормочешь себе под нос?
«Я отомщу тебе, Алисия. Ты запомнишь, что мне нельзя отказывать, только будет уже поздно».
Ух, вот оно что, все-таки это Моро. Значит, своей магией мертвых он просто мстил мне все это время за то, что я отказалась выйти за него замуж. Вот же редиска!
Получается, что мы с Моро росли вместе и были, как брат и сестра. Но почему никто мне об этом не рассказал. Вот вернусь, со всех спрошу!
И снова я углубляюсь все дальше в прошлое.
- Алисия, детка, - слышу я голос Цухани, - беги скорее сюда.
В дверном проеме появляюсь я, только теперь я совсем ребенок. Мне примерно лет восемь.
- Да, мамочка, ты звала меня?
- Подойди, мне нужно с тобой поговорить.
Цухани сидит в огромном мягком кресле. Я забираюсь к ней на колени и целую в щеку.
- Расскажи мне, что у вас за тайна с Аделиной?
- Мамочка, я не могу тебе рассказать. Это же наш секретик. А секретики надо хранить.
- Я понимаю. Но бывают такие секретики, которые опасны для других. Поэтому про них лучше рассказывать. У Аделины появилась новая магия? Не отрицай. Я почувствовала ее проявление, когда вчера заходила к вам в комнату. Расскажи мне, это действительно может быть опасно.
- Аделина открыла путь к магии мертвых, - опустив глаза, прошептала я. – Она говорила, что это неопасно, а теперь ей иногда бывает больно. Будто кто в сердце иглой тычет.
- Хорошо, что ты мне рассказала. Мы постараемся ей помочь.
Так, так, кто-то снова прячется за колонной и подслушивает. Ну, кто бы сомневался, конечно, это темный.
Вот так он про магию мертвых и узнал, и, наверное, вечность разрабатывал свой план, как стать самым великим магом. Ух, я ему задам при встрече.
А это, наверное, последнее воспоминание, потому что я вижу себя недавно рожденным младенцем. От силы мне здесь недели две-три. Но почему я лежу в траве, в какой-то корзине?
- Яделион, посмотри, здесь младенец, - слышу я голос Цухани.