Проблема в том, что народа в Швеции не слишком много. Удержать заморские земли будет сложно. Придется из других стран людей сманивать. Учитывая, что народ голодает и страдает от периодических войн, это решаемый вопрос. И не самый важный на данный момент.
Для начала, мне нужно разобраться в раскладах шведской политики. Столарм в помощь, конечно, как и соглядатаи, но правильнее будет «пощупать руками». Самому переговорить с нужными людьми и непредвзято их оценить.
И самое главное, до поездки в Швецию, мне необходимо было решить вопрос с Годуновым. Чтобы проблем не возникло. Мне не нужно, чтобы царь почувствовал себя обманутым. Войско он мне дал, чтобы завоевать лояльное Москве Ливонское королевство. Так что нужно расставить все точки над «и».
Во-первых, получив титул Регента и женившись на шведской принцессе, я никак не мог оставаться вассалом Годунова. Во-вторых, Ливонское королевство пусть и не переходило под руку русского царя, но и шведским не становилось. Образовывалась новая страна, где я получал корону. За этот статус, кстати, мне пришлось пободаться со шведами. Ибо они желали присоединить завоеванное к своей стране.
Тут мне помог Басманов, который искренне возмутился происходящим. Дескать, воевали мы, так что нечего лезть, вас тут не пылилось. Да и я твердо стоял на своем. Титул Регента — это, конечно, хорошо. Но если я, прощупав почву, пойму, как забрать корону, то медлить не стану. Хотя, конечно, что меня подстерегает на этом пути — предсказать невозможно. И вот на всякий случай у меня должен быть плацдарм для отступления. Или для нового старта.
Шведы смирились, когда я обещал беспошлинную торговлю на пять лет. И намекнул, что собираюсь создать совместную торговую русско-шведскую компанию для освоения Нового Света. Причем я даже не врал. Реально собирался. Это был один из способов умаслить Годунова — предложить напрямую торговать через Ригу. Конечно, в ближайшее время стране будет не до этого, со Смутой бы разобраться… Но зато когда Россия, наконец, решит создать флот, у нее уже будут специалисты и в строительстве кораблей, и в их управлении.
Какова будет реакция Годунова на мое самоуправство — я даже не представлял. Надеялся только, что он не взбесится и не решит меня воевать. Все-таки, в посланиях я изображал лояльность, от поддержки российских интересов в Ливонии не отказывался, и даже зерном несколько раз помогал. Да, не бесплатно, но халява действует на людей разлагающе. Тот же Годунов скорее начнет борзеть и требовать помощи в обязательном порядке, а не проникнется благодарностью.
В общем, в Швецию я уезжал с тяжелым сердцем. Может, для профессиональных Покорителей Вселенной мои завоевания и покажутся мелочью, но для меня это было достижение. И терять его я не хотел. Надежда была только на своевременную доставку новостей.
Моя сеть осведомителей, начавшаяся когда-то с нескольких торговцев, серьезно расширилась. Денег я на это удовольствие не жалел. Так что имел своих людей и при русском дворе, и при польском. Да и в Швецию я не на пустое место ехал. Пока шли переговоры о помолвке и о выкупе за Карла, я завел немало полезных связей.
Правда, сразу нырнуть в омут политики и торговли не удалось. Ибо свадьба звала. Пришлось терпеть длинную, нудную церемонию и демонстрировать лояльность. Недоброжелателей у меня и без того было предостаточно. Множить их не следовало.
Церковь Святого Николая, где проводилась церемония, впечатления на меня не произвела. Довольно скромное заведение, учитывая, что здесь проводились коронации и свадьбы венценосных особо. Внешне вообще не соответствует своему высокому статусу, а вот внутри оказалось довольно интересно.
Первое, что меня удивило — большое количество кирпичных колонн, которые делят зал на пять проходов. Второе — совершенно непривычный алтарь из черного дерева и серебра, над котором красовалось круглое окно с витражом. Перед алтарем стояло несколько кресел, предназначенных сугубо для венценосной семьи. Особенно поразило королевское кресло — целый изукрашенный бастион, над которым фигурки ангелов держат огромную корону.
Не менее интересными оказались и другие детали — от подсвечника в четыре метра высотой до искусной скульптуры Георгия Победоносца, побеждающего змея. Причем, что самое занятное, скульптура была разборная. Раз в год Георгия снимали с коня и проносили по городу.