Денег в датской казне если и больше, чем в шведской, то ненамного. И чем больше потратить на оборону, тем меньше останется на армию. А врагов, готовых воспользоваться слабостью, у Кристиана больше, чем достаточно. Одни Нидерланды чего стоят! Да и про Любек не стоит забывать.
Могу поспорить — если Дания потерпит поражение, шакалы тут же попытаются воспользоваться моментом. Так что моя задача — выиграв войну, не проиграть мир. Хотя на данный момент и с первым-то пунктом были проблемы. Даже при подготовке к вторжению, война пошла совсем не по плану.
Похоже, я недооценил датчан. Не сказать, что их армия качественно превосходила шведскую, но дрались они крепко. И я начал опасаться, что продавят-таки нашу оборону. Причем львиная заслуга во всем этом была лично короля Кристиана. Бравый монарх лез в гущу боя, подавал личный пример и подбадривал подданных. Так и хотелось его пристрелить.
Одна мысль останавливала — если рядом со мной будут слишком часто умирать короли, у народа появятся ненужные подозрения. Но ведь надо ж что-то делать с этим попрыгунчиком! Из кожи вон лезет, чтобы подать личный героический пример!
Может, в ноги ему выстрелить? Чтобы не скакал почем зря? Есть, конечно, вероятность попасть в неудачное место, в результате чего Кристиан может скончаться от кровотечения, но тут уж не угадаешь. И я дал отмашку своим снайперам. А буквально минут через сорок выяснилось, с чего это датчане ведут себя, как берсерки, пытаясь захватить город.
Отгадка была проста. Они были убеждены в своей скорой победе. И вовсе не потому, что верили в воинскую удачу или божью помощь. В городе у датчан была крыса. Точнее, даже несколько крыс, подкупленных сильно заранее. Как я и подозревал, шпионаж работал в обе стороны.
Предателями было обговорено и время, и место. А потому когда условленный сигнал не был подан, а Кристиан попал-таки под пулю, датчане отступили. И мы даже не могли сразу начать их преследовать, поскольку войску был нанесен серьезный ущерб. Так что требовалось помочь раненым, пополнить запасы и хоть немного перевести дух.
Датчане, впрочем, тоже далеко не ушли. Не железные все-таки. Но продолжали отступать грамотно и по-военному четко. Нагнали мы их только в районе Торсоса, и то только потому, что свежее подкрепление перегородило пути отступления. К тому моменту я уже знал, что Кристиан все-таки остался жив и даже пытался командовать.
Ну, главное, скакать не может, подавая личный пример, а чего он там со своего ложа вещает — дело десятое. Раненый предводитель — это уже минус сто к общей армейской самоуверенности. Боги отвернулись. И будь ты сто раз протестант, вдолбленная в подкорку вера в древние силы никуда не делась. Русские, например, даже в 21 веке верят в Авось гораздо больше, чем в любого другого святого.
Я (для приличия) предложил датчанам сдаться, был предсказуемо послан (дипломатически витиевато и вежливо, но общий смысл тот же), и бой все-таки состоялся. Причем, наконец-то, согласно продуманным планам. Особенно крылатые гусары отличились. Я даже не ожидал подобной эффективности, все-таки опыта сражений у них практически никакого не было.
Видимо, датчане и не рассчитывали особо победить. Поскольку связав нас боем, сумели эвакуировать короля в ближайшую рыбацкую деревушку. И те, кто смог отступить, скрылись за укреплениями. Надо же… Кристиан даже об этом подумал… я прямо-таки уважать его начал. Да, укрепления жиденькие, больше на гуляй-город похожи, но сколько народа мы положим, чтобы их прорвать?
Обстрел? Можно. Но не нужно. Ибо оказавшийся в окружении раненый датский король — это лучшая валюта. Торговать им можно до бесконечности. Испробовав на себе, насколько сильны датчане, я уже не был стопроцентно уверен в абсолютной победе Столарма. А платить выкуп в случае захвата Эльфсборга не хотелось совершенно.
Оценив перспективы, я послал к датчанам парламентера. Не пора ли перемирие заключать? А мы, в качестве доброй воли, предоставим королю лучших врачей и хорошее питание. Кристиан взял время на размышление, но от еды и врачей не отказался. Еще и вина лучшего потребовал, окруженец фигов.
На наше счастье, Столарм с задачей справился. Эльфсборг всё равно пострадал, но весьма умеренно. И врагу не достался. Бой был знатным, но получив известие о том, что король ранен и окружен, датчане предпочли отступить. А я уж расстарался, чтоб весть дошла как можно быстрее — в очередной раз пригодились корабли контрабандистов, чьим главным достоинством была скорость.