Согласна, долго. Это ведь первая страница, как – никак!
Файл был уже обслюнявлен, неоднократно приложен к большой груди, облизан, сфотографирован на телефон и напоследок звонко поцелован. Теперь на файлике красовалась размазанная помада, которую мне предстояло вытирать влажной салфеткой. Такое чувство, будто к эльфийским мощам приложилась целая толпа верующих.
– Когда можно к нему? – воодушевлённо уточнила обладательница пышных форм, восторженными глазами пожирая щуплую эльфийскую красоту. – Готова хоть сейчас!
– Эм… Простите, но процедура такая… Эм… Я сначала задаю вам… – начала я, но пухлые пальчики уже листали каталог под аккомпанемент взволнованного сопения. Внезапно Вариэль остановилась и замерла, открыв рот. Присмотревшись к новой находке, она с сомнением вернулась на первую страницу, потом еще раз пролистала, придерживая пальцем – закладкой второго кандидата.
– Я не знаю… Мне тут сразу два нравятся, – блаженно вздохнула Вариэль, показывая пальчиком сначала на эльфа, а потом на того несправедливо обиженного моей предшественницей принца с глазами, в которых явно читалось: «некрасивых женщин не бывает. Бывает слишком светло». – Как вы думаете, какой из них красивей? А? Мне кажется все-таки эльф, но этот тоже …. очень красивый… Блин! Я не знаю! А можно сразу двоих? А?
«Конечно, можно!» – разрешила бы сердобольная тетка с мяукающей коробочкой слепых котят. – «Подождите пять минут. Сейчас кошечка еще родит, и можете забрать следующую партию! Вон они уже лезут! Не уходите!»
– Нет, кого-то одного! – сурово ответила я, глядя на клиентку и будучи суровым противником гаремов. Исключительно потому, что мне их собирать. – Учтите, вам придется жить в мире без wi-fi, телевизора, стиральной машины и так далее…
– Да пофигу! –Вариэль, звеня браслетиками и цепочками, поглаживала каждого кандидата.
«Нет, она права! – усмехнулся Идеал. – Такую эльфятину один физически не потянет! Такому боингу всегда нужен запасной аэродром!»
– Понимаете, вам придется переехать в другой мир, – я честно пыталась спасти эльфа и принца. – Вы не сможете каждый день мотаться между мирами, поддерживать отношения со своими родственниками, с друзьями. Так что вы подумайте… Взвесьте все….
–… взвесить … эм… пусть будет семьдесят килограмм, при росте – метр шестьдесят пять. Я просто давно не взвешивалась… – задумчиво прикинула «колобок», лаская взором субтильные эльфийские прелести. Судя по комплекции, у принца было куда больше шансов выжить после: «милый, возьми меня на ручки!»
– Давайте так. Вы пока подумаете, а завтра придете и скажете мне результат. Я вас не тороплю. Выбирайте, думайте, – мило улыбнулась я, а потом с надеждой добавила, – Договорились?
– Я уже решила! Сразу два! Ну пожа-а-а-луйста! А вдруг один откажется? А? Ну у вас ведь такое же тоже бывает? – жалобно посмотрела эльфятинка, явно не слыша меня. – Я согласна на любого из них! И побыстрей! Когда результаты? Мне лично надо присутствовать?
– Нет. Я влюбляю, если это вообще возможно, выполняю все условия необходимые для брака, а потом отдаю «жениха» вам! Но результат гарантировать не могу! Сами понимаете, сердцу не прикажешь! – вздохнула я, глядя на выбранных красавцев и чувствуя, что начинаю злиться. Да! Любовь зла. На часах висело сразу два заказа с пометкой «или». За три дня набежало двести пятьдесят рублей зарплаты. Вообще-то «натикало» больше, но вчера в обед я неудачно съела йогурт… Так что двести пятьдесят рублей.
Спустила я деньги, прос…просто просроченный йогурт «Незабудка», с перебитым сроком годности был не самой лучшей моей идеей. «Незабываемый вкус» – значилось на упаковке. Я второй день его забыть не могу. Напоминает он о себе периодически…
– Положите руку на медальон! – я со вздохом протянула медальон пышной «эльфийке». Та вытерла потную ладонь о многослойную юбку, тут же выполнила мою просьбу и оставила мне свой номер телефона.
Дверь закрылась, я допила кофе, которое почему-то посчиталось как две кружки, доиграла на планшете, сходила в туалет, оставив там четыре рубля из зарплаты. Тащиться сразу на два свидания мне чертовски не хотелось…
На пороге появился Гимней Гимнеич, сразу же бросая хмурый взгляд на часы.
– Чего сидим? Почему не на свидании? У меня жена машину разбила. Срочно деньги нужны! – раздражительно заметил директор, под злободневный аккомпанемент Мендельсона. – Да… да, дорогая… На том СТО, на котором мы обычно…. Нет… нет… И что сказали? Сколько??? Еще раз повтори? Они прямо так тебе и сказали? Не может быть! Дай трубку! Сколько? Да вы…. И это тоже надо заменять? … Я смотрел, там должно было быть все нормально… Не работает? Ну тогда пусть пока у вас постоит…
Директор положил трубку и посмотрел на меня таким взглядом, что в голове заиграла песня: «Любовь одна виновата, Любовь во всем виновата!».
Снова заиграл Мендельсон. На том конце трубки кто-то орал так, что слов было не разобрать.
– Да, пусть пока стоит… Как? На троллейбу… Да не… Я имею в виду… Пока… Пока не почи… Сейчас таких денег нет… – Гимней Гимнеич покраснел, пытаясь вставить хоть слово. Трубка визжала, орала, истерила. – Ты меня не прави… Да я не… Ну на такси… Нет! Я не …
Трубку снова бросили. Срочно требуется переводчик со скандального крика на обычный язык. Со стажем не менее десяти лет неудачного брака.
– Я на счет клиентки хотела вот что сказать. Мне показалось, что ее решение необдуманное и спонтанное. Внешность я, конечно, считала, телефон взяла, но … – начала я, объясняя, что не верю в любовь с первого взгляда. И вообще методы работы вызывают у меня некоторые сомнения.
– Твоего мнения никто не спрашивает! Есть заказ – работай! – заорал Гимней Гимнеич, протирая об рубашку экран дорогого телефона. – Если часы показывают заказ, это значит, клиентка настроена серьезно! Эти часы для таких, как ты, вечно сомневающихся, повесили. Я просто не хочу доводить до крайности, но твоя тупость и лень выводят меня из себя! Я же тебе рассказывал про часы! На пальцах объяснял принцип их работы!
– Про часы вы мне ничего не рассказывали! – возмутилась я, глядя на его взмокшую спину и сжимая в кармане кукиш.
– Я все тебе рассказывал! Кто виноват, что ты ничего не помнишь! Память у тебя – девичья, дырявая… Тренировать надо! Или записывай, если не запоминаешь! Так, все! У меня дела! Занимайся своей работой, за которую тебе деньги платят! – рявкнуло начальство и громко хлопнуло дверью.
На часах вместо двухсот пятидесяти рублей появился ноль и красная надпись: «За спор с директором!». Вот так я проспорил двести пятьдесят рублей.
Я взяла в руки каталог, посмотрела на эльфика и подумала о том, что приворот по фотографии я еще делать не умею. Но если бы научилась, то кеды обретут вечный покой в шкафу, где пыль им будет прахом, а шуршащий пакет – пухом.
За эти три дня я немного разобралась с медальоном, научившись не только сохранять внешность кандидатки, но и придумывать свою. Внешность, придуманная мной, сразу бы заинтересовала пластических хирургов. При виде меня «в образе» многие из них обратились бы ко мне с подозрительным вопросом: «Кто это тебя так?» и тут же предложили бы прайс на свои услуги. Пока я решала идти или не идти на свидание у меня разболелась голова, в связи с чем, пришлось выпить таблетку и ждать когда мозги прояснятся. Блистер с оставшимися таблетками я сунула в карман на случай рецидивов. Там же лежал белый уголь. Йогурт «Незабудка» хотелось забыть как можно быстрей!
Через минуту я с тоской смотрела на свое упитанное отражение, потрясая пышными формами и звеня фенечками. «Даже если весишь за сто тридцать, есть надежда выйти замуж за принца!» Я двумя руками взяла правую грудь, и красиво уложила ее в правую чашку растянутого бюстгальтера. Левая уютно устроилась в соседней чашке. Глядя на такие чашки у любого чайника капнет из носика. Географ глобус пропил, увидев правое и левое полушарие. Я изучала мое временное декольте, в которое поместился бы кошелек, телефон, зарплата целого отдела, газовый баллончик, зонтик и много чего интересного, полезного и нужного.