— Значит, вас совершенно не смущает, что я ваша студентка? — удивленно спросила.
— Прежде чем оказывать вам двусмысленные знаки внимания, я тщательно изучил всю приглашенную публику и обнаружил, что среди них не содержится никого кто бы мог как-то неправильно понять мой интерес. Тот факт, что вы моя студентка в этом обществе знаете вы да ваш отчим, да еще мама. Всем же остальным совершенно наплевать на меня и что я из себя представляю. У них другая цель — выслужиться и засветиться перед начальником полиции, на чье день рождения они и приглашены. Так что я вполне свободен в своих действиях и желаниях.
— Вот как? — я не нашлась что сказать.
— Тем более, сейчас вы не моя студентка и не находитесь под моей юрисдикцией, но в моей власти, — хитро сообщил он, привлекая к себе.
В ночном небе уже зажглись первые звезды, а спустившаяся на землю тьма бросила причудливые тени то тут, то там. В саду за рестораном никого по близости не было. Гости еще не достаточно набрались чтобы разбредаться в разные стороны. В саду сплошь засаженным плодовыми деревьями никого не было.
— Что вы делаете? — воскликнула, когда мужчина приблизился вплотную. Между нами не то чтобы яблоко не могло упасть, между нами комар не мог прошмыгнуть.
— Собираюсь вас поцеловать, — нагло сообщил Датский, совершенно не стесняясь озвучивать свои желания. — Мне этого хочется с момента как вас увидел.
— Вы уверены, что правильно поступаете? — воскликнула, продолжая выдерживать хоть какую-то дистанцию и не веря, что декан может себя так вести со своей студенткой.
— Более чем. Я же сибарит, мне позволено вести себя подобным образом, — мужчина склонился к моим губам, но не прикоснулся, продолжая обдавать своим дыханием.
Я же внутри боролась со своими демонами, которые никак не желали отступать в тень.
— Что же вы не сопротивляетесь? — спросил он, так и не уменьшив расстояние между нашими лицами.
— Гадаю, что же мне более выгодно. Спокойно постоять или же начать возмущаться вашим поведением, которое ни в одни ворота не лезет.
— Вы еще скажите, что оно нарушает устав высшей школы.
— Ни с чем подобным на сайте академии я не сталкивалась, — натужно рассмеялась, ощущая себя как канатоходец над пропастью.
ГЛАВА 20
Прикосновение горячих губ было хоть предсказуемо, но все равно произошло для меня совершенно внезапно. Легкий поцелуй в уголок рта, словно прикосновение крыльев бабочки, был практически невесом и едва ощутим. Однако ударил током по натянутым нервам. Все же к нему я была не готова. Голова помимо воли дернулась. Отступить назад я не могла, меня держали. Не насильно, но крепко. Насколько я не решилась проверить.
— Что же ты такая дикая, маленькая моя? — услышала тихий шепот мужчины, склоняющегося ближе, но более не касавшегося меня губами.
Я трепетала в его объятьях. У меня не получалось разобраться с собственными ощущениями. С одной стороны я хотела узнать что же будет дальше, а с другой противилась, боясь неизвестного.
— Вы меня поцеловали, — произнесла чуточку возмущенно, стараясь не шуметь, помня о том, что вокруг могут находиться люди, точно так же как и мы вышедшие в сад подышать свежим воздухом.
— Еще толком не поцеловал, а всего лишь попытался это сделать, — со смешком ответил Датский, касаясь моего носа своим. Он играл со мной, как играют с диким котенком, приручая.
— Зачем? Почему? — мои руки легли на грудь мужчине. То ли для того, чтобы оттолкнуть, что ли чтобы прижаться посильнее. Противоречивость желаний пугало. Мысли метались потревоженными голубями не находя выхода. Под ладонью равномерно билось мужское сердце. Жар чужого тела обжигал через шелковую рубашку.
— А зачем мужчина целует понравившуюся девушку? Чтобы сделать приятное себе и… ей. Тебе приятно? — задал провокационный вопрос змей искуситель с черными, как ночь, глазами, окутывая меня своим запахом, проникающим под кожу.
— Я не знаю, — ответила честно, пытаясь разобраться в ощущениях.
— Тогда надо повторить, чтобы понять, — произнес он и… поцеловал уже в середину губ, дольше не разрывая контакт, нежели чем в первый раз.
— Вам нравится меня дразнить? — спросила, пытаясь успокоить гулко бьющееся сердце. В отличие от Датского спокойствия мне не хватало.
Я никогда не могла ходить вокруг да около, желая знать ответы на прямые вопросы.