Услышав стук в дверь, Михайлов, отметил, что в числе достоинств молодого человека числится и вежливость, и громко сказал:
— Войдите!
И когда молодой человек зашел в комнату, он сделал пару вежливых шагов ему навстречу и, приветствуя, крепко пожал ему руку.
После этого Михайлов усадил его на стул, рядом с приставным столиком и сам сел напротив. По другую сторону.
Умный человек из этого мог понять, что Михайлов показывает уважение, а глупому было все равно.
Когда они расселись, Михайлов широко улыбнулся, и проговорил:
— Ну, так я слушаю вас, чем могу помочь?
Молодой человек сказал:
— Мне говорили, что вы раньше служили…
Михайлов опять широко улыбнулся и перебил его:
— Григорий Антонович, где я служил, я еще хорошо помню. Но сейчас меня интересует только, чем я могу помочь вам.
Молодой человек кивнул головой.
— А дело такое: мой друг ищет человека для проведения расследования. Собственно, дело несложное, — надо встретиться с человеком и получить от него информацию.
— Встретиться с человеком и получить от него информацию — дело действительно несложное… — охотно подтвердил Михайлов и туманно добавил: — Если при этом отсутствуют небольшие нюансы. Например, ядовитую змею от неядовитой отличает всего лишь небольшой нюанс, но разница между ними существенная. И раз ваш друг не хочет встречаться с этим человеком или не может, то, следовательно, эти нюансы существуют… Так как зовут вашего приятеля и что за проблема?
Водолазов замялся. По его выражению лица было заметно, что ему не хотелось называть фамилию своего приятеля.
Михайлов подбодрил его:
— Григорий Антонович, вы предлагаете мне выполнить рискованное дело, но при этом не хотите говорить, в чем заключается риск. Ну, и так как я не меньше вашего дорожу своей жизнью и спокойствием, то лучше Вам рассказать правду. Обещаю, — все останется между нами. Я как врач, — мне нужно говорить правду. Если не хотите, то лучше сразу расстанемся.
Водолазов, понизив голос, многозначительно произнес:
— Игорь Коробанов…
Михайлов сделал понимающее лицо.
Отец Игоря, Николай Коробанов, конечно, ему был хорошо известен. В свое время, в девяностых годах, он разрабатывался «конторой» как лидер преступной группировки. Но тогда «конторе» посадить его не дали — в то время на таких людях делалась политика. А потом он ушел в тень, занялся легальным бизнесом. Он, так сказать, был первопроходцем — был одним из первых бандитов, кто успешно сделал это. После ухода со службы Михайлов не интересовался этим человеком. Но трудно не получать известия о человеке, который стал хозяином города. А о внезапной смерти Коробанова ходили слухи по всему городу. Народная молва говорила, что Коробанова отравил любовник его жены.
Михайлову, в общем-то, было все равно — умер Коробанов сам или его убил кто, но смерть олигарха не может не вызвать у нормального человека чувства хоть маленького, но удовлетворения: вот она обещанная божья кара! Хоть одного, но настигла, а значит, справедливость на этом свете все-таки еще существует.
О сыне Коробанова Игоре Михайлов почти ничего не слышал — «темная лошадка».
Но ему с ним не жить, из одного котелка не есть, а потому сейчас Михайлова интересовало только одно — может ли он на этом заработать и сколько.
Видя, что Михайлов молчит, Водолазов начал объяснять:
— Недавно я виделся с человеком, который заявил, что у него есть доказательства, что Николая Андреевича убили…
Михайлов понимающе кивнул головой, но молчал, показывая, что он продолжает внимательно слушать.
Водолазов продолжил:
— …Человек заявил, что он отдаст эти сведения лично Игорю. Я договорился о встрече, но на этого человека напали. Есть подозрение, что это были люди Мясникова — второго владельца фирмы. Мы поняли, что за нами следят. И теперь Игорю выходить на встречу опасно. Поэтому мы решили, что на встречу должен выйти опытный в такого рода делах, человек. Деньги мы заплатим.
— Разумеется, — сказал Михайлов и переспросил: — Значит, вы думаете, что за вами следят?
— Да, — уверенно сказал Водолазов.
— Но в таком случае эти люди знают, что вы приехали ко мне, — сделал Михайлов закономерный вывод.
Водолазов сообразил и растерянно произнес:
— Наверно…
На его лице отразился ужас.
— Значит, дело провалено? — спросил он.
— Спокойно, — сказал Михайлов. — Как я понимаю, вы встречаетесь со многими людьми. Поэтому при этих делах важно знать не о факте встречи, а что на встрече обсуждалось. Так что если вас спросят, зачем вы ездили ко мне, то скажите, что выясняли возможность совместной работы, к примеру, по мазуту.