Тон – насмешливо-недоверчивый, а поза почти ленивая, но глаза смотрели пристально, прожигая насквозь. И Чезаре вновь ощутил резкую боль в груди, как сегодня днём, когда его мир разлетелся вдребезги. Он опустил лицо, помолчал и вскинул подбородок.
– Нетта обманывала меня! – обвиняюще бросил он, чувствуя, как вместе со словами поднимаются горечь и ярость. – Врала все эти годы и, стопудово, здорово веселилась. Превратила в ручного терьера почище Пикси! А Виски была с ней заодно. – Он умолк, чтобы справиться с дрожью в голосе, и, сжав кулаки, продолжил: – Хочу стать таким же, как ты: никого не любить, ни о чём не жалеть.
– Не страдать? – подсказал принц.
– Да!
– Больше никогда.
– Больше никогда, – эхом отозвался Чезаре, слыша в наступившей тишине лишь оглушающий грохот собственного сердца током крови в ушах.
Принц не спешил с ответом, безмолвный и неподвижный, вновь почти обратившийся в бесплотную тень. Чезаре набрал в грудь побольше воздуха.
– Слыхал, мистиктаунцы или их предки серьёзно тебе насолили. По ходу мы в одной лодке. Ворон – это хорошо, но в некоторых случаях, как то уничтожение целого города, одной пташки маловато, и умелые человеческие руки тебе ой как пригодятся. – Чезаре проигнорировал гневное, с ревнивой ноткой, карканье. – А мои руки зашибись какие умелые.
Ещё какое-то время принц хранил молчание, сверкая глазами, а потом приподнял уголок губ в холодной улыбке и приглашающе простёр длань наверх.
– Здесь всегда рады мстителям.
Чезаре поставил ногу на нижнюю ступень, но тут провибрировал сотовый. Пятьдесят третье послание от Нетты. Палец завис над экраном, но лишь на миг. А потом Чезаре растянул губы в ответной ухмылке.
– Разнесём этот город!
Одним движением стёр историю сообщений и переключил трубку в автономный режим.
Глава 25
– Пожалуйста, попытайся сосредоточиться, – в сотый раз повторила я.
Нетта со вздохом убрала мобильник и взяла меня за руки. Мы сидели на полу друг напротив друга, сложив ноги по-турецки. Вокруг подрагивало пламя свечей – зажгли всё, что нашли у неё. А нашлось у Нетты столько, что комната напоминала место ритуального жертвоприношения. Отчасти сходству способствовала органная музыка. Я потянулась к сотовому и сменила трек на «звуки природы».
– Слушай, мне всё это уже осточер…
– Закрой глаза, – перебила я и шумно втянула воздух, подавая пример. – Дыши глу-убже. Рассла-а-абься.
Нетта с картинным вздохом повиновалась, но хватило её секунд на тридцать.
– Достали эти птички! Лучше уж верни органную.
Я тоже распахнула глаза.
– Если ты каждый раз будешь прерывать медитацию, то ничего не получится.
– Ничего и так не получается последние два часа! – Она убрала руки, встала и принялась в возбуждении расхаживать туда-сюда, раскачивая пламя свечей и порождая хороводы жутковатых теней на стенах. – Тебе не кажется, что мы должны предпринять что-то поэнергичнее подсчёта вдохов и прослушивания щебета?
– Нет ничего энергичнее пробуждения твоих сил! В них вся загвоздка и решение проблемы. Кто знает, вдруг с их помощью ты сможешь притянуть Кольцо одной только силой мысли? Уже ощущаешь в теле какие-нибудь изменения?
Подруга снова проверила мобильник – движение, ставшее чем-то вроде нервного тика.
– Конечно ощущаю: тошнит от запаха свечей, клонит в сон и ломит копчик.
– Нетта!
– Что – Нетта?! Мы уже и дышали, и чертили всякие мегазловещие символы, и бубнили заклинания с авторитетных форумов, и даже просмотрели по диагонали полсезона «Зачарованных»! Пора признать: мы понятия не имеем, как активизировать мои силы. Может, есть какая-нибудь секретная кнопка? Или мне надо сигануть с крыши на швабре, чтобы испугаться и включить абракадабра-резерв? Проще действовать по старинке, а там разберёмся. Подчёркиваю слово «действовать».
– И что ты предлагаешь? Отыскать Варлога и набить ему морду, попросив постоять спокойно?
– Мне нравится ход твоих мыслей…
Нетта прищурилась, явно смакуя в воображении эту картину, и опять покосилась на экран.
– Дай сюда. – Я протянула руку и, когда подруга не шевельнулась, выжидающе приподняла брови. – Мы уже звонили и ему, и его родителям, и в мастерскую. Больше ничего сделать нельзя: когда будет готов, Чезаре сам даст о себе знать. Меня больше беспокоит, что Касинеля до сих пор нет.
Она нехотя шлёпнула мне на ладонь сотовый. Я убрала его в карман, подошла к окну и отодвинула занавеску. Отсюда хорошо просматривалось место встречи – с тем расчётом его и выбирала, – но Охотник так и не появился.