Часть 2
А хочешь… Я тебе открою Тайну…Один такой малюсенький секрет…Знай… Люди не встречаются случайно…Случайностей, поверь мне, в жизни нет…
☆О.Луганцев☆
Море мягко баюкало на своих волнах всё быстрее уносящийся вдаль корабль, и ласка его будто насмехалась над тем штормом, что бушевал в душе юной пленницы, которой предстояло стать рабыней в совершенно чужой далекой стране.Айлу, с ненавистью поглядывая на браслеты, блокирующие магию, через силу заставила себя съесть безвкусную кашу, отрешившись от бесконечных стенаний товарок. Инстинкт выживания был в ней сильнее страха перед неизвестностью и абстрактных сожалений.Тем не менее, горечь сжигала душу. Всё оказалось просто и глупо. Не только она в том злосчастном лесу устремилась на шум сражения, но и бесчинствовавшая в тех краях мелкая разбойничья шайка, которая была не прочь поживиться "падалью". Они просто наблюдали за битвой с высоты деревьев, а потом увидели дар Айлу в действии. Рахеррийца даже бессознательным трогать не стали, увидев, сколько наемников тот покрошил, - решили, что беспечной девчонки с магическим даром им будет достаточно. Оглушили, связали, быстро продали охотникам за живым товаром, и очнулась она уже на корабле, скованная антимагическими браслетами. Как же теперь хотелось упрекнуть себя за неуместное сочувствие! Однако что-то мешало.Практически выросшая на улице, обошедшая все притоны, привыкшая к правилам преступного мира маленькая воровка видела много жестокости и крови, умела драться без правил и даже убивать, защищаясь. Босой бродя по лужам, убегая от законников, хозяев, преступников и извращенцев, она не слишком прониклась человечностью, но учитель, её добрый бескорыстный учитель всё же умудрился привить ей что-то такое. Несмотря ни на что, ей пока не было чуждо сострадание и благодарность, а ещё она очень ценила силу. Не только физическую и магическую, но и духовную, как та, что заставляет держаться и продолжать бой, невзирая на серьезные, почти смертельные раны. Именно поэтому ей не удалось в полной мере пожалеть о том, что спасла того стихийника, несмотря на то, что случилось после.Её подругами по несчастью оказались несколько девушек из разных частей Амаранта и соседних княжеств. Они не обладали магией, все были старше пятнадцатилетней Айлу и не в пример красивее. Девушек без магического дара похищали и покупали из-за их красоты, молодости и здоровья, некоторых простолюдинок даже продавали собственные родители, дабы выгодно избавиться от лишнего рта. Айлу совсем не знала своего отца и почти не помнила мать, что неизменно вызывало лёгкую грусть, но поняла, что лучше так, чем как у этих несчастных девушек, которые теперь заливались бессмысленными горькими слезами, почти ненавидя жизнь.Айлу как никогда четко осознала, что в Амаранте её держали всего три фактора: иллюзия свободы, привычка и учитель. Из перечисленного только третья утрата казалась невосполнимой."Клянусь вам, что всё не зря, - горячо обещала она, - Я никогда не забуду ваших наставлений и уроков, более того, никогда не оставлю указанный вами путь. Клянусь, учитель".Пальцы бездумно скользили по юбке старого, местами порванного платья, где в потайном кармане притаились несколько важных сокровищ, которые удалось утаить. Самым главных из них была чуть потрёпанная тетрадь в кожаном переплёте, куда Айлу заносила услышанные и прочитанные понравившиеся ей стихи, баллады, прозу, народные предания, сказки и былички с тех пор, как только научилась писать. Оставалось только радоваться той паранойе, благодаря которой она всегда носила эту бесценную для себя тетрадь и несколько полезных мелочей именно в потайном кармане. Сразу стало чуточку легче."В конце концов, где мы только не были с труппой, но в Рахеррийской империи - никогда. - попыталась отыскать плюсы в своём незавидном положении. - Между тем она, несмотря на рабство, а может, и благодаря ему, является одной из самых прекрасных, сильных и процветающих стран. Не зря ведь небезызвестный поэт в своё время назвал её "земным садом богов". Вот и посмотрим, каково живется упрямому сорняку в божественном в саду".
...
Три года спустя
Рахеррийская империя, провинция Шаэнар
Эверн, маленькая "столица" богатой, процветающей провинции Шаэнар - красивый портовый город со своей верфью, прекрасными храмами, банями, домиками и домами, чистыми узкими улочками. Туда стекалось столько самых разных людей и товаров, что, казалось, там можно найти всё и всех. Город процветал, во многом благодаря тому, кто уже не первый год управлял этой провинцией - эрху* Дилияру, твердо приструнившему нечистых на руку управителей, пьющих кровь из народа. Раньше Лейла любила послушать мужские разговоры на базаре (в те редкие моменты, когда удавалось туда выбраться) и девичий щебет в гареме старого рахейна* Каана - это было ее единственным развлечением в жизни гаремной девочки на побегушках - а потому ей часто приходилось слышать о молодом эрхе. В таких случаях она демонстративно фыркала или молчала, про себя искренне посмеиваясь над наивными преувеличениями."Уж сколько довелось повидать богатых да знатных, ни один из них не был достаточно благородным, чтобы добрая слава оказалась заслужена. Снисходя до народа, такие лишь преследуют собственные цели или тешат свое самолюбие, но никогда простой народ не поймут" - говорила она наложницам, когда те "по секрету" шептались об эрхе.Девушки только томно вздыхали, добавляя что-нибудь о гареме властителя Шаэнара - не в пример богатом по сравнению с тем, где их всех свела судьба. И это было гвоздём в крышку гроба любых споров.Как и наложницы, Лейла была рабыней, однако (к превеликому облегчению) не попавшей под маслянистый взор противного старика. В гареме она оказалась в пятнадцать лет, запоздало начав формироваться как девушка, да и купили ее отнюдь не из-за внешности, а из-за редчайшего целительского дара, хотя и слабого - рахейн Каан хотел всегда иметь под рукой собственного целителя. Потому стала служанкой - ловкой, расторопной, смешливой. Пришлось забыть привычное имя - Айлу, рожденная в небе - и привыкнуть к новому, местному. Лейла - ночь. Что ж, ночь всегда была ее любимым временем суток, покровительницей, спутницей...Хотя спустя три года некогда по-мальчишески угловатая, почти чёрная от лишнего загара, неухоженная тощая девочка с тонкими выжженными волосами сильно изменилась и вполне расцвела, ее воспринимали как доброго словоохотливого ребенка, знающего множество удивительных сказок и до сих пор по возможности зачем-то собирающего новые в свою толстую тетрадь в кожаном переплете. Лейла отчасти намеренно создавала и поддерживала такую репутацию, чтобы знать всю обстановку, при этом, не дай небо, не показавшись гаремным змеям соперницей. Она выполняла самые разные поручения - от черной работы до каких-нибудь мелких деликатных дел, в том числе связанных с целительством, а по вечерам играла на лютне, неплохо исполняя неизвестно где услышанные баллады, тем самым скрашивая беспросветную тоску. Никто не удивился, когда она рассказала, что до попадания к пиратам-работорговцам путешествовала по миру с небольшим балаганчиком, распевая песенки и выполняя трюки в шутовском костюме.Обо всем этом Лейла говорила непринужденно, стараясь не подавать виду, что прошлое снится ей в кошмарах. С ужасом вспоминала вечера, когда ее избивали за недостаток принесенных денег, и радовалась уже тому, что ныне она в тепле, ест досыта, носит опрятную одежду, читает и учится, а палкой может получить только за проступки. Конечно, она, как и все, была очень напугана, будучи проданной сначала охотникам за живым товаром, а потом в гарем в совершенно чужой стране, но теперь... Теперь с прошлым ее объединяли только оставшиеся знания, магия, память тела, навыки шитья, готовки, обмана, песни да тетрадь, бывшая ее единственной отрадой на протяжении всей сознательной жизни. В этой тетради хранились бережно записанные на разных языках, в том числе на рахеррийском (его она вынужденно выучила за эти три года в гареме) стихи, легенды, сказки, баллады, песни, когда-либо услышанные или неловко сочиненные, да редкие, но красивые иллюстрации к самым любимым. Эта тетрадь была тайным сокровищем, сокровенным другом, которого она даже на ночь прятала под подушку. В детстве она хотела выйти замуж за артистократа благодаря своей магии, ходить на балы, носить дорогие наряды. Повзрослев, Лейла стала мечтать о простых вещах: о свободе, маленьком крепком хозяйстве и семье, о которой знала только из сказок, но для начала было достаточно покоя и красивого города, который вдохновлял. Это у нее было... до тех пор, пока старый рахейн Каан не умер, несмотря на все ее старания этого не допустить, а её со многими другими девушками отправили снова на невольничий рынок. Наскоро осмотрели, многозначительно прицокивая, и тут же выставили на продажу. Стараясь не смотреть на толпу и не думать о будущем, Лейла как мантру повторяла молитву, полуприкрыв красивые черные глаза. К восемнадцати годам у невысокой хрупкой девушки сформировалась женственная фигура, черты миловидного лица приобрели четкость, загорелая кожа - приятный ров