Принц и его спутники тоже были готовы оставить Беур, но только следующей ночью. Именно тогда наступала их очередь уносить ноги, хотя, в отличие от остальных, им приходилось это делать тайно. Ближе к вечеру баронет нашел мажордома и, как бы в некотором замешательстве, обратился к нему за содействием. Он сказал, что принца и его самого пригласил на ужин богатый агорийский купец, которого они знают еще по Милаццо. Тот славился своим хлебосольством и любовью к выпивке. Поэтому не исключено, что вечер затянется, и принцу, как и остальным, придется заночевать в городе в гостинице купца. В связи с этим они хотели бы знать, не возникнут ли обиды, если они присоединятся к охоте не во дворце, а у ворот столицы. Мажордом снисходительно усмехнулся и ответил, что они вольны поступать, как им угодно, хотя он лично советует к утру быть в достаточно трезвом состоянии, чтобы отличить кабана от коровы или лошади, и, засмеявшись, оставил Дарта.
Время близилось к восьми вечера. Из ворот замка верхом на лошадях выехали трое агорийцев, экипированных для охоты. Через луку седла у каждого была переброшена сумка с минимальным набором необходимых вещей. Они ленивой рысцой поскакали в сторону центра города, где им была назначена встреча. На некотором расстоянии, одетый в неприметные одежды, за ними следовал какой-то человек.
Гостиница была рассчитана на богатых постояльцев и славилась хорошей кухней. Принц со своими спутниками присели за столик с двумя незнакомыми агорийцами, за которых поручились их товарищи. Они не заметили, что из угла за ними наблюдает незнакомый мужчина. Впрочем, поведение агорийцев выглядело совершенно естественным. Они смеялись, ели, много пили. Словом, «проводили время». Дарт успел шепнуть принимавшему их купцу, чтобы тот достаточно громогласно обратился к хозяину гостиницы с просьбой перевести дальнейшее веселье к нему в номер и приготовить место для ночлега его знатных друзей. Что тот через некоторое время и сделал. Присматривавший за агорийцами соглядатай поудобнее устроился на стуле и, бросив на стол золотую монету, объявил, что намерен провести за выпивкой всю ночь.
Ближе к полуночи компания подвыпивших агорийцев поднялась на второй этаж в номер купца, где у всех моментально выветрился хмель. Пробыв там немного, принц с друзьями, поблагодарив соотечественников за помощь и посоветовав срочно сворачивать дела в Девоне и возвращаться на родину, перешел в комнату, отведенную им для сна, и попросил прислугу не беспокоить их до утра. Окна их номера выходили в тихий дворик с конюшнями, куда они по веревке и спустились. Более того, обстоятельства сложились так удачно, что им удалось незаметно вывести лошадей, и уже вскоре они скакали к городским воротам. Время перевалило за полночь.
Выскочить из города им удалось чуть ли не в последний момент. Однако судьба, по крайней мере, пока была к ним благосклонна. Стражники, хоть и заворчали им вслед, но особенно не приглядывались, благо различия между одеждой девонцев и агорийцев в полумраке факелов были не так заметны. Проскакав некоторое время и отдалившись от столицы на безопасное расстояние, спутники разожгли огонь и уткнулись в карту.
Смотрите, господа, – проговорил Луста, – мы, слава Создателям, не проскочили поворот к Грибному лесу, мимо которого дорога ведет к этому пресловутому городишку Пулеру. Я полагаю, нам надо продолжать двигаться в его сторону и попытаться поспать или хотя бы передохнуть в лесу. Все равно нас не ждут так рано в этом трактире. Вопрос в том, какую дорогу мы выберем потом, после Пулера.
И что вы, мой друг, предлагаете? – приготовившись внимательно слушать, чуть ли не в голос спросили Илиар и Дарт.
– Когда я вез карту, чтобы вручить ее вам, ваше высочество, я не поленился её внимательно изучить, – продолжил охотник. – От Пулера в сторону нашего королевства ведут три дороги. Одна идет в северо-восточном направлении, наискось соединяясь с Баргульским трактом, две другие уходят на запад. Первая, по сути, идет параллельно границе с Агора и не может быстро нас в него привести, вторая – на северо-запад, пересекая еще один достаточно оживленный, хотя и второстепенный, путь к нам в страну. Поэтому я считаю перспективными северо-западную и северо-восточную дороги. Интуиция говорит мне, что, если нам подстраивается ловушка, то, вероятней всего, нас отправят в сторону от Баргульского тракта в менее оживленные места, хотя я бы не поставил на это последний грош. Такой путь легко объяснить соображениями большей безопасности, хотя, чем безлюдней местность, тем проще устроить ловушку.