Четверг
Я позвонил Пате по телефону и говорю:
— У тебя ириски есть?
— Целых три штуки.
— Приходи ко мне скорее!
Когда она пришла, я уже был в своей белой шапочке и мамином белом переднике, а на стул я поставил мороженое-стаканчик, как раз мне его мама купила за то, что я отлично ел манную кашу, потому что хорошо потрудился.
— Стой здесь, — сказал я Пате. — А я тут буду. Я, между прочим, самый настоящий продавец мороженого. Захватила ириски? Теперь спрашивай, будто ты покупатель. Ну, спрашивай, чего полагается.
— Скажите, пожалуйста, — говорит Патя. — А почём ваше мороженое?
— Три ириски. Это моё мороженое стоит ровно три ириски. Понятно вам, товарищ покупатель?
— А… а разве не одну?
— Смешно, — говорю. — Именно что ровно три ириски.
— Может быть, две? У меня всего две.
— Не ври! У тебя три было.
— А я и не вру. Я одну по дороге съела.
— Безобразие, — сказал я. — Ну, бери за две. — И отдал ей стаканчик. Тут же я надел на Патьку мою белую шапочку и мамин передник. И говорю:
— Почём, товарищ продавец, ваше мороженое?
— Оно уже не продаётся. Я сейчас его буду есть.
— Как это так, не продаётся? — возмутился я. — Очень даже продаётся, раз вы продавец. Или вы не хотите быть продавцом? Странно.
— Тогда две ириски.
— А у меня всего одна.
— Не стыдно вам врать, товарищ покупатель?! — говорит Патька. — У вас же две было!
— А одну я уже ем, разве не видите? — говорю.
— Ах, действительно. Тогда мороженое не продаётся, а я сейчас буду его есть.
— То есть, как это — есть?
— Я же его купила.
— Одна есть будешь?! Неужели одна?!
Тут Патька улыбнулась и говорит:
— Нет. Отчего же. Не одна. Вдвоём. Пополам. Раз я девочка, я должна быть очень доброй и заботливой.
Я ужасно обрадовался, что она такая добрая и заботливая, а она меня спрашивает:
— Ты почему играешь в продавца? Тебе нравится?
— А потому, что, когда я сам на улице мороженое покупаю, у меня делается хорошее настроение. А когда я продавец, у всех будет хорошее настроение.
— Ой, правда, — сказала Патя. — У меня сейчас очень хорошее настроение.
— А вот если бы у меня было хорошее настроение и если бы это мороженое было моё, я бы тебе тоже отдал половинку.
— А хочешь, я тебе всё своё мороженое отдам?
— Ну что ты, — сказал я скромно. — Это вовсе не обязательно.
Пятница
Весь день в детском саду я ждал, когда же я приду домой и сяду писать рассказ: ведь я же сегодня писатель.
Дома я решил: буду писать большими буквами, тогда и рассказ получится большой. Ведь верно?
Я написал сначала так:
РАСКАЗ
Потом пониже:
ПИШИТ АЛЕША ПЕТРОВ.
А потом вот что:
Я МИЧТАЮ СТАТЬ ПИСАТИЛЕМ. КОГДА Я ИМ СТАНУ, Я НАПИШУ РАСКАЗ ПРА ТО, КАК Я МИЧТАЮ СТАТЬ ШКОЛЬНИКОМ. ВСЕ.
Я показал рассказ маме, и она сказала:
— Хороший рассказ. Правда, есть ошибки.
— Какие? Ты покажи, — сказал я.
— Сам «рассказ» пишется с двумя буковками «эс»: «рассказ». Не «мичтаю», а «мечтаю». Не «писатилем», а «писателем». Не «пра» то, а «про» то. Понял? Не «пишит», а «пишет». Чтобы стать писателем, сначала писать надо грамотно научиться.
— А раньше нельзя?
— А раньше нельзя.
— И как быть?
— Кончишь школу, тогда и попробуешь.
— Ишь, какая хитрая, — говорю. — Это я сейчас хочу написать рассказ, что мечтаю стать школьником. А если я уже кончу школу и перестану быть школьником, про что же я тогда напишу? А?
— Про что-нибудь другое.
— Ну про что?
— Ну, например, про своего щенка.
— А разве он у меня и правда когда-нибудь будет?!
— Вполне возможно.
— Ой, — сказал я. — Вот чудеса! Тогда я сегодня домечтаю о том, будто я принц, у меня огромная собака, и я на ней верхом еду с мечом к своей любимой принцессе Пате. Можно я к ней съезжу?
— Конечно, — сказала мама. — Только, когда войдёшь в Патин замок, обязательно вытри ноги у двери. Это раз.
— А два? — спросил я.
— Передай привет Пате от королевы.
— А королева — это кто?
— А королева — это я, раз ты принц.
Суббота
