Это меня заинтриговало.
— Да? И что же он такого делает? Разрабатывает ядерные технологии? Ядерные — это…
— Наслышан, — к счастью, сказал Сит, потому что я понятия не имела, как буду объяснять ему этот непростой предмет. — Нет, это не имеет никакого отношения к таким технологиям. То, чем занимается его компания, интересует в основном торговцев. Кстати, успеха в своей области он добился сам. Договор с демоном был совсем о другом.
— О чем? Не томи, — я шутливо толкнула его в бок.
Сит повернул налево и через минуту остановился. Мы замерли между двух фонарей — их свет едва достигал нас, оставляя в полумраке. Людей на этой дорожке совсем не было.
Он смотрел прямо мне в глаза. Сердце забилось где-то в горле, но Сит сказал:
— Зря я тебя к нему привел.
— С демонами не связываться, с людьми, получается, тоже, — не выдержала я, — и что теперь, залезть под одеяло и не высовываться всю жизнь?
— И правда. Глупо. Просто я хочу, чтобы у тебя все было хорошо, а делаю все хуже. Это больно. Но в этом и заключается демоническая сущность. У нас никогда не получается так, как мы хотим…
Он отвел взгляд. В этот момент у меня внутри вдруг все забурлило. А что, собственно, с того, что Сит — демон? Надо разобраться. Я ведь практически ничего о них не знаю.
— Для демона ты слишком добрый, — сказала я и, видя, что он хочет возразить, добавила: — Вот что конкретно плохого ты сделал? Почему ты вообще стал демоном? Я понимаю, наверняка невеселая история, но я хочу знать.
— Потом. Не сейчас.
— Ладно, тогда давай подробнее про желания и их воплощение.
— Все просто, — Сит невесело усмехнулся. — Ты наверняка слышала про то, что демоны творят зло по божественной воле…
— Не слышала, — призналась я. — У меня слабо с Богом, церковью и вот этим всем.
— Хорошо. В общем, говорят — и говорят верно — что демоны творят зло по божественной воле. Для того, чтобы искушать людей, проверять их, в некотором роде… Отделить зерна от плевел. А еще, что любое зло, причиненное демонами, способствует добру. Например, демон подводит человека к грани смерти, но человек не сдается — и побеждает. В результате он становится несравненно сильнее и полностью переворачивает свою жизнь — начинает больше ценить то, что имеет, старается совершать добро… Быть хорошим и счастливым, пока есть время. Так страдания, которые ему причинил демон, оборачиваются благом.
— Пока понятно, — кивнула я.
— Но демоническая природа испорчена гораздо больше, чем человеческая. Люди могут погрязнуть во зле, но потом обратиться к добру. Мы — не можем. Я не могу просто взять и начать творить хорошие дела. Все, что я делаю, так или иначе ведет ко злу. Я не хочу причинять тебе вреда, но где-то внутри есть понимание… Я могу сколько угодно убеждать себя, что это потому, что ты мне нравишься, — на этих словах у меня слегка поплыло перед глазами, — но часть меня говорит — «ты делаешь это, чтобы услужить Темному Владыке». И это так.
— В… В смысле?
— Сложно объяснить, — Сит сильно нахмурился, видимо, это и впрямь было трудно. — Для меня самого все выглядит так, будто я делаю то, что хочу. Но одновременно понимаю — то, что я делаю, на пользу Темному Владыке. Я захотел помочь Истаре — и обрек человечество на гибель. Я захотел поговорить с тобой — и увлек тебя в демонический мир. Я захотел взять тебя с собой — и столкнул с опасными людьми. Я хотел бы защитить тебя, но не знаю, как, потому что ценой будет твоя душа. А сделать что-то хорошее просто так, по доброте, я не могу, потому что во мне больше нет доброты.
— Но ведь ты хочешь хорошего! — возразила я.
— Добрые мысли — это еще не доброта. Думать я могу все что угодно, но я не могу творить добро так же, как ты не можешь летать.
И снова в его облике засквозило что-то печальное, но необыкновенно красивое.
— А меня ты в расчет не берешь? — спросила я. — Я ведь могла бы тебя прогнать, верно? По крайней мере, попытаться. И могла бы не напрашиваться на встречу с Люсьеном. И сегодня идти с тобой — тоже. Ты не заставлял, я сама выбрала все это.
Сит беспомощно пожал плечами.
— Мы и не можем заставить. У человека всегда есть возможность выбрать. Но часто люди выбирают неправильно.
— Ну, тогда считай, что ты — мой неправильный выбор.
Наши взгляды пересеклись. Серые глаза Сита обладали потрясающим магнетизмом, казалось, они сами по себе туманят сознание, достаточно просто посмотреть в них дольше двух секунд. Впрочем, у меня было сильное подозрение, что это сугубо моя личная проблема.