— Нет… Не думаю. То есть, он мне нравился, очень. С ним было интересно. И он был довольно милым, когда… — я прикусила язык, вспомнив, как мы украдкой целовались на переменах. Теперь эти воспоминания казались неприятными.
— Ничего, — сказал Сит. — С людьми и не такое случается. Забудь.
— Легко сказать. А знаешь что? — вдруг пришло в голову мне. — Пошли за осколками.
Сит улыбнулся. Так обычно улыбаются ребенку, который говорит, что станет президентом. Да уж, такое предложение, сделанное барышней, лежащей в постели обессиленным кулем, прозвучало просто отлично.
— Не сегодня. Я только что забрал один осколок.
— Без меня? — огорчилась я.
— Не стоило тебе этого видеть и тем более участвовать в этом. — Сит помолчал и разъяснил: — Этот осколок был в человеке.
— И… И что случилось?
— Ничего хорошего.
— Расскажи, — тихо попросила я.
Сит довольно равнодушно изложил:
— Мои подчиненные доводили его до крайности, но хотя осколки стали держаться слабее, извлечь тот самый им не удавалось. Тогда пришел я и забрал его.
Меня пробрала дрожь. Я вспомнила хрупкую стену собственного сознания.
— Стена… Она разрушилась?
— Нет. Другие осколки сместились, но образовавшуюся пустоту все равно не заполнили. В принципе, это поправимо. Зависит от человека. Этот человек не выдержал и убил себя.
— Ему было больно?
— Не знаю. Я ведь не человек.
Я внимательно смотрела на него. Значит, Сит совсем недавно волей-неволей подтолкнул кого-то к смерти. Наверняка однажды он поступит так же со мной, ведь ему нужен осколок. Ночные кошмары вполне укладывались в этот сценарий. Что, если и меня уже «доводят до крайности»?
От этих мыслей стало еще хуже. Несмотря на это, я не хотела, чтобы Сит уходил. Рядом с ним было очень спокойно, даже сознавая, что он способен на жестокости.
— Рушишь мои иллюзии насчет демонов, да? — догадалась я.
— А какой у меня выбор? Сартаэль сказал, что ты буквально омыла его своими слезами.
Я повеселела. Похоже, Сит все-таки ревнует меня к Сартаэлю.
— Если бы вместо него пришел ты, омыла бы тебя. Я здорово перепугалась, у меня была истерика. Но вот тебе пример — не знаю, какие коварные планы были у Сартаэля, но он мне помог.
— Конечно. В тебе же осколок.
Вот это было обидно. Я ответила резко:
— Вряд ли для его сохранности надо меня утешать.
— То есть?
— Он смирно сидел у меня на руках, пока я не выплакалась. Мог бы не даться или клюнуть и улететь. Но нет, терпел. Передай ему спасибо. Ладно, раз уж ты настроен разрушать иллюзии, может, расскажешь еще что-нибудь о себе? Хотя, история про Истару скорее наоборот…
Мне отчаянно хотелось забить чем-нибудь встречу с Артемом и ни в коем случае не отпускать Сита.
— С Джоанной все иначе. Расскажу, почему бы и нет.
— Только тебе придется смотреть, как я готовлю, — предупредила я. Голод, уснувший под действием стресса, снова вернулся.
— Ты про еду? Я могу принести что-нибудь.
— И не заберешь за это душу?
— Нет, за это не заберу.
— Вот видишь!
Сит слабо улыбнулся и исчез. Только что был — и раз, нету.
Я едва успела сходить в туалет, как он вернулся с небольшим пакетом. В нем оказалась пара сэндвичей в пластиковой упаковке и бутылка апельсинового сока. Надписи на этикетках были на английском.
— Удобно, — сказала я и прямо в постели принялась за сэндвич с тунцом. — Кстати, я все спросить хочу, тебя не… э-э… не наругали после того, как ты дал заклинания людям?
— Мало кто узнал, что это я. Темный Владыка похвалил меня — ведь это стало последней каплей, почти всех людей уничтожили… Думаю, не все были бы довольны, если бы это стало широко известно. Не столько из-за заклинаний. Потому, что погибли и нефилимы тоже.
— А Темному Владыке их было не жалко?
— Нет. Он ненавидит людей, и их, полукровок, тоже терпеть не мог.
— Понятно… Ну, рассказывай.
27
После Потопа человечество снова начало заселять земли, и демоны устремились на волю. Вскоре, к их разочарованию, выяснилось, что нефилимы больше не рождаются: Всевышний кое-что подкорректировал. Люди теперь жили на порядок меньше, и на зачатие от демонов были не способны. Но демонам и без того хватало веселья — они пакостили напропалую и наслаждались лаврами. Это был расцвет язычества, когда их принимали за богов и приносили им жертвы, в том числе и человеческие.
Сит не показывался на земле, он все время проводил в Преисподней. Темный Владыка, довольный его «успехами», закрывал на это глаза, хотя такая благосклонность периодически вызывала недовольство у других демонов. В конце концов Ситу это надоело — он не хотел доставлять неприятностей. Кроме того, до него дошли интригующие слухи о человеке, которого называли посланником Всевышнего, а то и самим Всевышним. Он решил посмотреть, что там происходит.