Того, кто стал источником слухов, Сит встретил. Это было несложно. Он узнал, куда направляется огромная толпа, легко обогнал ее и встал посреди дороги.
Человек, идущий впереди всех, сделал знак остальным — стойте, не подходите — и один приблизился к нему.
— Что ты стоишь, Ситри? — строго сказал он. — Ты сделал свой выбор. Иди, делай, что должно. Ведь этого ты хотел?
Сит хотел не этого, но намек понял. Ему ясно дали понять: путь обратно в Обитель наглухо закрыт.
Он начал слоняться по земле и без особого усердия собирать души для Темного Владыки. Для этого Сит выбрал любовную связь, если можно так назвать связь с демоном, в основном потому, что для него это было проще всего. Суть, как он объяснил, не в самом акте, а в том, чтобы подбить человека отдаться сладострастию. Большинство легко сдавалось под натиском чар, но находились и такие, которые давали отпор. Сит особо не настаивал — переходил к другим. Добиваться благосклонности значило завалить все предприятие: все-таки между сладострастием и любовью огромная разница.
Джоанна выбивалась из этих двух категорий. Сит встретил ее не то в восьмом, не то девятом веке — он точно не помнил, так как не затруднял себя человеческими подсчетами. Она сидела на лесной полянке и, отставив корзинку с ягодами, изучала какие-то записи. Дело для девушки того времени очень необычное, особенно в сумрачном лесу.
— Привет, — сказал Сит. — Что ты тут делаешь?
Джоанна посмотрела на него с подозрением во взгляде.
— Сижу, — лаконично ответила она.
— Вижу, — Сит улыбнулся и присел рядом. — Я Сит.
— А я Джоанна.
— Ты очень красивая, Джоанна.
Щеки девушки слегка подернулись румянцем, и она смущенно пробурчала:
— Ну, спасибо…
— Я могу проводить тебя, если хочешь, — продолжил он и пустил в ход свои чары.
Дело обернулось круто. Джоанна оттолкнула его обеими руками, вскочила и гаркнула:
— Прочь, Сатана!
Сит опрокинулся наземь и оттуда удивленно посмотрел на нее. Так на его чары еще никто не реагировал. Кроме того, взгляд девушки говорил о том, что ее выкрик — не фигура речи.
Он сел и усмехнулся.
— Я не Сатана.
— Может, и не он лично, но точно из его свиты, — процедила Джоанна сквозь зубы. Покрывало сползло у нее с головы, открыв стриженные светлые вихры, торчащие во все стороны. — Я вас насквозь вижу, исчадия ада. Приказываю именем Господа: уходи прочь отсюда и не смей возвращаться.
Она нагнулась, подхватила с земли корзинку и быстро скрылась за деревьями.
Заинтригованный Сит тайком последовал за ней.
У кромки леса Джоанна остановилась и воровато огляделась. Думая, что ее никто не видит, она сдернула с головы покрывало и повязала его на пояс, за который спрятала записи. Затем сняла с плеч то, что Сит принял за плащ. Это оказалась монашеская ряса. Джоанна накинула ее на себя и мигом превратилась в молоденького послушника — правда, больно симпатичного.
Сит только головой покачал. Таких девчонок он еще не встречал.
Связываться с монастырями в его планы не входило — много головной боли. Поэтому он пошел в другую сторону, не рассчитывая когда-либо снова увидеть Джоанну. По всем признакам кончить она должна была плохо, причем в самом скором времени: люди все ревностней относились к религии, и страшно подумать, как они отреагируют на то, что в ряды слуг божьих обманом проникла женщина.
Спустя несколько лет Сит решил наведаться в Рим — о нем ходило множество противоречивых слухов. По словам одних людей, это был самый прекрасный город на свете, по словам других — змеиное гнездо, кишащее всеми возможными видами человеческих пороков. Погуляв по городу всего несколько часов, Сит удостоверился в справедливости обоих утверждений. Город действительно был красивым и величественным, хотя и весьма потрепанным разорениями и небрежным отношением правителей. Но что там творили некоторые люди — уму непостижимо.
Он смотрел на площадь, забитую бедняками, просящими милостыню, когда его хлопнул по плечу черноволосый парнишка в богато расшитом плаще. Сит сразу узнал Шемхазая.
— Давно не виделись, — он насмешливо поклонился. — Осматриваешь мои владения?
— С какого времени они твои? — удивился Сит.