Диана не сразу появилась перед своими подданными, некоторое время она совещалась со стражами, отправленными ею после наступления темноты оценить обстановку в городе, после чего собрала для приватной беседы наиболее старых и мудрых вампиров, составлявших ее маленький совет.
В момент принесения своей принцессе клятвы крови, вампиры устанавливали с ней особенный ментальный контакт, благодаря которому та могла в любой момент мысленно обратиться к ним с каким-то сообщением или призвать к себе. За несколько часов до рассвета все вампиры города, из тех, кто по какой-то причине еще не прибыл в ее дом, услышали приказ явиться.
Филипп и Лоррен откликнулись на него почти последними. Прежде чем нанести визит принцессе, им пришлось вернуться домой и переодеться, потому что после прогулки по городу их одежда была изрядно заляпана кровью. Но, несмотря на вполне благопристойный внешний вид, как только они появились в парадной зале, где Диана обычно устраивала масштабные официальные мероприятия — до сего дня большей частью это были балы или приемы в честь каких-нибудь высокопоставленных гостей, — все присутствующие обратили взоры к ним. И все смотрели на их довольные лица с ужасом и осуждением, а кое-кто, впрочем, еще и с завистью. Зная этих двоих, никто даже не усомнился в том, чем они занимались в охваченном безумием Париже. Как это подло и низко, воспользоваться беспорядками в городе, чтобы иметь возможность без помех нарушить закон!
Только лицо Дианы оставалось бесстрастным.
— Итак, теперь, когда почти все в сборе, я хочу огласить принятое мной решение, — проговорила она, — Поскольку в Париже становится слишком опасно, и король, похоже, не в состоянии в ближайшее время навести здесь порядок, я собираюсь как можно быстрее покинуть город. И предлагаю всем присоединиться ко мне.
Некоторое время в зале царила мертвая тишина, вампиры застыли в скорбной неподвижности. Только что они получили подтверждение того, что их страхи не напрасны, если уж принцесса собралась покинуть свой город, значит оставаться здесь действительно смертельно опасно.
— Несколько наших братьев и сестер уже погибли сегодня в охваченных огнем или разграбленных домах, — продолжала Диана, — Есть и такие, кто просто не отвечает на мой зов, и я не чувствую их… Мы сильны, мы умеем защищаться, но я не вижу смысла рисковать собой, противостоя разъяренной толпе. Сегодняшняя ночь — только начало. Будут еще грабежи и пожары, я достаточно хорошо знаю людей, чтобы предположить, что они не остановятся на достигнутом. Как скоро король сможет восстановить порядок, никому не известно… Я надеюсь, что это произойдет в самое ближайшее время, и тогда мы сможем вернуться.
— Но куда мы поедем? — подала голос та самая вампирша, которая рыдала по погибшей подруге.
— Я хорошо знакома с принцами и принцессами нескольких больших европейских городов, — отвечала Диана, — Уверена, что никто из них не откажется принять нас.
Обговорив еще какие-то мелкие подробности предстоящей эвакуации, Диана оставила своих подданных в десятый раз обсуждать происходящее в городе и пригласила Филиппа с Лорреном в свой кабинет.
— Сегодня вы нарушили закон, — проговорила она, когда они остались одни.
— Ничего подобного, мадам, — улыбнулся Филипп, — Нет ни одного мертвеца, которого вы могли бы предъявить нам в качестве доказательства преступления. Впрочем, трупов в городе предостаточно, вы можете попытаться разыскать среди них какой-нибудь подходящий. Но не советую вам этого делать, — зрелище преотвратное. Горожане убивают неаккуратно.
Принцесса смотрела на него скептично.
— Мне не нужны доказательства. Я могу заставить тебя открыть мне свои мысли, и все узнаю. Но мне даже этого не нужно, я чувствую переполняющую вас силу. Скольких человек вы убили сегодня?
Филипп мгновение помолчал.
— Диана, могу я узнать, почему тебя это интересует? Тебе жаль людей? Ты боишься Совета? Или ты по инерции стараешься вести себя правильно? Не стоит, дорогая. Закон предписывает нам соблюдать осторожность в общении со смертными, чтобы не выдать им тайну своего существования. Сейчас смертным не до нас. Совсем. Никого не озаботит мысль, почему это там в подворотне десять растерзанных трупов, а не шесть, как должно бы.
— Соблюдение закона не должно зависеть от того, что происходит в мире людей. Я все еще принцесса города, Филипп! Я могу вас обоих убить! Более того, я — обязана вас убить!