— Клэр, — тон Каллума мягкий, но настороженный. — Не ожидал увидеть тебя здесь. Я слышал, ты стала Альфой. Поздравляю.
Мои брови приподнимаются от удивления. Никогда не думала, что существуют женщины-Альфы.
Клэр склоняет голову.
— А я слышала, ты стремишься стать королем.
Каллум пристально смотрит на нее, словно пытаясь определить, не представляет ли она угрозу.
— Тебя прислал Джеймс?
— У Джеймса нет полномочий направлять меня куда-либо. Он не мой король. — Она улыбается, но улыбка не касается ее глаз. — Я направлялась в Мадах-Аллайх чтобы узнать, смогу ли я договориться с ним о союзе.
Каллум хмурит лоб.
— Союз? Ваш клан всегда стоял особняком. Почему сейчас?
— На севере… кое-что происходит. — По ее лицу пробегает тень. — Я хочу переселить своих людей на юг.
Каллум хмурится еще сильнее.
— И все же ты пришла сначала сюда?
Она пожимает плечами, застенчиво улыбаясь.
— Я подумала, что стоит выслушать, что ты скажешь.
— Откуда мне знать, что ты здесь не для того, чтобы отчитаться перед Джеймсом?
— Я не играю в игры, Каллум.
— Нет? — Каллум мрачно усмехается. — Не уверен, что это правда.
Ее карие глаза блестят в свете свечей.
— Это было так давно.
Клэр выглядит настороженной, когда ее внимание переключается на темноволосого Альфу Лоуфелла.
На щеках Блейка появляются ямочки, но его глаза холодны.
— Добро пожаловать в Лоуфелл. Пожалуйста, присоединяйтесь к нам.
Ее взгляд падает на меня. Кажется, она оценивает меня, и я делаю то же самое. Наконец, на ее губах появляется улыбка.
— Приятно видеть здесь еще одну женщину. Даже если ты южанка. — Она поворачивается к Каллуму. — Нам нужно поговорить. Наедине.
Он наклоняет голову.
— Да. Позже.
Она садится рядом с Джеком, который ухмыляется и начинает с ней разговор. Каллум опускается на свой стул, и музыка возобновляется. Он сжимает мое бедро под столом, словно прочитав вопросы в моих глазах.
— Позже, — тихо повторяет он.
Когда с едой покончено, музыка волынки становится громче и неуправляемой, а в центре зала шумно танцуют волки. Их яростные движения, когда они кружат друг друга, отражают бурю, бушующую у меня в груди, когда Каллум и Клэр покидают Большой зал, чтобы поговорить наедине.
Я хочу, чтобы моя кровь перестала выть, а разум успокоился. Интересно, это волк, который, должно быть, живет во мне, заставляет меня так себя чувствовать. Мне не нравится, что они одни. Человеческая часть тоже недовольна тем, что меня снова отодвигают в сторону во время обсуждения важных вопросов.
Сдерживаю свои эмоции. Нужно взять себя в руки. Каллуму нужно выяснить, что Клэр здесь делает.
— Хочешь потанцевать? — Мужской голос с северным акцентом заставляет меня вздрогнуть. Локлан стоит перед столом, элегантно протянув руку. В его глазах пляшут веселые искорки, и я не знаю, как реагировать. Отчасти потому, что, похоже, Блейк ему нравится больше, чем Каллум.
Встаю со стула.
— Конечно. Хотя тебе придется научить меня движениям.
— Твой народ не научил тебя танцам Волков? — говорит Локлан, и я чувствую исходящий от него легкий вызов, утверждение, что я чужая.
— Мой народ многого не знает о волках, — осторожно признаю я, обходя стол, чтобы присоединиться к нему. — В конце концов, мы находимся в состоянии войны. Но с тех пор, как я приехала сюда, я многому научилась.
— Мы не воюем с вашим народом, — говорит Локлан, когда я вкладываю свою руку в его. Хмурюсь, когда он ведет меня на танцпол. — Конечно, когда-то мы воевали. Много веков назад, когда они вторглись в Глас-Кладах на своих баркасах и разорили наши деревни. Когда был заключен мир, многие из них поселились и живут среди нас.
Он по-волчьи ухмыляется, видя мое недоумение.
— О, ты думаешь, я говорю о южанах. Нет, я имею в виду твой настоящий народ — волков Снежных земель.
Мое сердце учащенно бьется при упоминании родины моей матери.
— Многие из моего клана были опечалены известием о смерти твоей матери.
Волки вокруг меня расплываются, образуя две линии, обращенные друг к другу, готовясь к следующему танцу.
— Они знали о ней?
— Молодежь забывает, что в их жилах течет кровь Снежных земель. Старейшины молились о ее безопасности, когда она выходила замуж за твоего отца.
Все разговоры, звон бокалов и потрескивание огня в камине стихают.
— Она действительно была волчицей?
— Конечно, не многие знали, кем она была на самом деле, даже здесь, в Северных Землях. Мы в Глас-Кладах подозревали. Многие надеялись, что однажды она свергнет твоего отца и положит начало новой эре для волков. Увы, этого не произошло. — Он оценивающе смотрит на меня. — Хотя, возможно, надежда еще не потеряна.
Моя голова идет кругом от информации, но тут звучит музыка. Она настолько громкая, что я едва слышу собственные мысли.
— О чем ты хотел со мной поговорить? — повышаю я голос.
— Завтра утром встретимся у озера. А пока… — Локлан подходит ко мне и усмехается. — Давай потанцуем.
Я быстро осваиваю танец под руководством Локлана.
Это был веселый танец, во время которого мы с ближайшим волком часто держались за руки и кружились по танцполу. Мои внутренние запреты постепенно исчезали, и вскоре я не смогла сдержать смех. В Южных землях я всегда чувствовала себя скованно, танцуя на балах во дворце, словно марионетка, которая должна точно повторять каждое движение. Однако в этом танце было что-то более неуправляемое, словно наши шаги не имели значения, пока мы веселились.
Время от времени ощущаю на себе пристальный взгляд Блейка, но стараюсь его игнорировать.
Локлан рассказывает мне о своей территории каждый раз, когда я беру его под руку — она у моря, у него вторая по величине армия в Северных землях, и многие волки совершают паломничество к скалам, где, по-видимому, когда-то побывала Гелах. Теперь там растет огромный урожай лунных цветов, которые дарят частички своей силы тем, кто вдыхает их сладкий аромат.
Когда песня заканчивается, и волынщик у дверей спрашивает, есть ли у меня какие-нибудь пожелания, Локлан протягивает мне руку. Блейк становится перед ним.
Мой пульс учащается, и тело инстинктивно напрягается. Я сдерживаю свои эмоции, запираю их в груди, отчаянно пытаясь скрыть от него. Его осанка под темным пальто прямая, а выражение лица нарочито отрешенное. Когда его глаза встречаются с моими, уголок его губ слегка приподнимается.
— Не возражаешь, если я вмешаюсь?
Глава восемнадцатая
Какое-то внутреннее чувство долга и присущая леди вежливость не позволяют мне сразу же отвергнуть Блейка и дать ему пощечину, как это было два дня назад. Это чувство настолько глубоко укоренилось во мне, что стало почти инстинктивным. Мое тело напрягается, а на лице остается улыбка. К тому времени, как мне удается побороть привычную покорность, Локлан отходит в сторону.
Он окидывает взглядом Блейка, и мне кажется, я улавливаю в его глазах намек на жар, прежде чем он усмехается мне.
— Кто я такой, чтобы стоять на пути Альфы и нового члена его клана?
Локлан наклоняет голову, а затем проходит сквозь толпу волков на танцполе к одному из столов. Блейк приближается. Меня окутывает его аромат ночной сосны, и адреналин захлестывает меня, заставляя лица вокруг расплываться.
— Я не буду танцевать с тобой.
— По крайней мере, сейчас ты со мной разговариваешь.
Я едва сдерживаю раздраженный стон. Отворачиваюсь, но он хватает меня за руку, и я вновь поворачиваюсь к нему. Его лицо так близко, что его дыхание смешивается с моим.
— Чего ты хочешь от меня? — спрашиваю я. — Ты предал меня. Связал наши жизни. Укусил меня. Ты собираешься убить Каллума. Можешь просто оставить меня в покое?
— Нет, — Он проводит зубами по нижней губе. — Я твой Альфа. Будет плохо, если ты откажешь мне.
— Хорошо.
Даже не пытаюсь спорить, что он не мой Альфа. Я не доставлю ему такого удовольствия.