— Блейк! — кричит Арран, бросая своему Альфе еще одну связку ключей. Охранник, приковавший меня к столбу, лежит мертвым у его ног. Блейк молниеносно хватает ключи, и меня окутывает запах темной сосны и яда.
— Присматривай за Алексом. Он не должен умереть, иначе нам конец, — говорит Блейк.
— Хорошо, — отвечает Арран, устремляясь к потерявшему сознание лорду, разрубая на своем пути очередного человека.
Блейк, теплый и твердый, прижимается ко мне и тянется к одному из наручников. Раздается щелчок, и моя рука освобождается. Ноги подкашиваются, и он обхватывает меня одной рукой за бедра, стараясь не касаться спины, когда освобождает мою вторую руку. Он осторожно опускает нас на колени. Наша кровь, — моя и Александра, — пропитывает бриджи.
Он внимательно смотрит мне в лицо, подносит ладони к моим щекам и стирает слезы и кровь с моей кожи подушечками больших пальцев.
У меня перехватывает дыхание.
— Ты пришел.
— Ты действительно думала, что я не приду?
Земля начинает дрожать, и челюсть Блейка сжимается, когда из-под нас доносится тихое шипение.
— Там… — У меня горит горло, и каждый вдох открывает раны на спине. — Пленник ночи…
— Да. Если он вырвется на свободу, мы все умрем. Я собираюсь вытащить тебя отсюда, но будет больно.
Смаргиваю слезы.
— Я знаю.
— Хорошая девочка, — он обнимает меня за талию и приседает. — Ладно, руки мне на плечи. Вот и все. — Я всхлипываю, когда это движение вызывает резкую, жгучую боль в спине. — Тсс, я знаю.
Слезы застилают мне глаза.
— Ты чувствуешь мои раны?
— Ты подавляешь свои эмоции, загоняешь боль в клетку. Я чувствую лишь малую часть.
Он поднимает меня на ноги, и когда кладет мою руку себе на плечи, из моего горла вырывается низкий, дикий звук.
— Я знаю, — успокаивает он. — Это ненадолго. У меня в кармане есть снотворное. Я дам его тебе, как только мы выберемся из Серого замка. Пойдем.
Мы начинаем двигаться. Крепко сжимаю ворот его рубашки, и каждый раз, когда наши тела соприкасаются, я не могу сдержать всхлип. Каждый шаг кажется мне пыткой. Колени подкашиваются, и если бы его рука не поддерживала меня за бедро, я бы упала. Нас окружают люди и волки, облаченные в черные плащи, килты и цепи. Арран подбегает к моему брату и помогает встать на ноги. Джек и Райан сражаются спина к спине. Клэр сворачивает голову мужчине, который сидел верхом на Джеймсе, и тот падает замертво к ее ногам.
Кровь… повсюду кровь. Меня охватывает тошнота.
— Зачем? — мой голос звучит хрипло и едва слышно за ревом и лязгом стали. Я даже не знаю, о чем спрашиваю. Почему Александр пытал меня? Почему я здесь? Почему Блейк пришел?
— Ты знаешь почему, — его губы почти касаются моего уха, и я не совсем понимаю, что он имеет в виду. — Тсс. Все в порядке. Мы почти на месте.
Коридор, по которому меня вели, маячит впереди. Позволяю себе надеяться, полить этот маленький цветок, который поднимает свою головку во тьме. Мы собираемся сбежать. Мы будем свободны.
Стискиваю зубы, крепче обнимаю Блейка и выпрямляю спину.
Он ускоряет шаг, и мышцы его плеч напрягаются под моими пальцами. Факелы по кругу мерцают, затем гаснут, и амфитеатр погружается в темноту. Мы поворачиваем головы к люку. Александр подползает к нему, его черная рубашка скользит от крови. Он вытаскивает ключ из замка и встречается взглядом с Блейком, когда Арран, у которого из носа течет кровь, бросается к нему.
— Ты идиот, Алекс, — шипит Блейк.
Александр улыбается и распахивает люк. Перед моими глазами пляшут точки, и я зажмуриваюсь. Я не могу позволить себе потерять сознание. Не здесь. Не сейчас.
Впиваюсь пальцами в плечи Блейка и заставляю себя смотреть.
Амфитеатр окутывает неестественная тишина. Цепи издают стоны, а затем скребут по полу, заставляя волосы на моем затылке вставать дыбом. Стены вибрируют от низкого шипения, и даже люди в плащах отшатываются от него. Кислый запах, напоминающий запах гниющего мяса, наполняет мои ноздри, когда мрак заполняет скользящий звук.
Лунный свет и тьма. Свобода и цепи. Власть и разрушение.
Неестественный скрежет, кажется, доносится отовсюду одновременно, и это напоминает мне голос Кая, когда он впервые проснулся.
Как ты думаешь, он знает?
Блейк отшвыривает меня назад, и я сдерживаю крик, когда волна теней выплескивается из люка и поднимается вверх, удерживаемая только потолком. Она вьется по кругу, перекрывая выходы. Темнота, словно туман, окутывает змееподобное лицо и тело. Он смотрит на нас ониксовыми глазами.
Ты был таким непослушным.
Что-то гремит в клетке внутри меня, и мое тело покрывается льдом. На коже выступают капельки пота, и зрение начинает меркнуть.
О, я так голоден. Очень голоден.
Темнота стремительно накрывает амфитеатр, словно бушующая обсидиановая волна. Воздух наполняется криками, люди и волки в панике бегут в разные стороны. Двух самцов подхватывает, как будто они невесомы. Раздается ужасный хруст, за которым следует хлюпанье, когда они исчезают с криками в пасти зверя. Черная кровь брызжет на пол.
Мой пульс учащается настолько, что я чувствую, как теряю сознание. Лихорадка овладевает мной, и я не могу ее сдержать. Я стараюсь изо всех сил, хотя темнота кажется облегчением. Но я не могу сдаться. Не могу полагаться на чью-то помощь.
Внезапно что-то темное мелькает рядом со мной, и Блейк оттаскивает меня в сторону от хвоста твари. Мы тяжело приземляемся на пол, он обхватывает меня руками, и я крепко сжимаю зубы, подавляя крик, когда рубцы на моей спине вновь открываются. Зверь наносит новый удар, поглощая людей в плащах и волков, живых и мертвых, целиком.
— Поднимите свое оружие! — рычит Джеймс. — В следующий раз, когда он нападет, цельтесь в его глаза и пасть! Убивайте всех южан, которые встанут на вашем пути.
Пытаюсь встать, и Блейк помогает мне подняться на колени. Он опускается передо мной на колени и обхватывает мое лицо ладонями.
— Аврора, послушай меня. Тебе нужно перестать подавлять свою силу. Ты единственная, кто может спасти нас. Если ты этого не сделаешь, мы все умрем.
Качаю головой.
— Я не волк.
Краем глаза замечаю, как Александр, пошатываясь, идет вперед, не сводя с меня глаз, в то время как тени извиваются вокруг него. Райан лежит на полу, истекая кровью. Филипп стоит рядом с Джеймсом, и они оба выкрикивают отчаянные приказы, выстраивая волков в строй только для того, чтобы еще трое мужчин оказались в пасти зверя. Клэр вонзает меч в мужчину в капюшоне, который, пошатываясь, направляется к ней, прежде чем повернуться лицом к теням — ее глаза горят диким огнем, хотя клинок дрожит в ее руке. Иэн лежит мертвый на полу.
— Не твоего волка, Аврора. — Земля вокруг нас залита кровью. Теплые капли стекают по моей щеке и падают на его руку. — Твою силу. Вот причина, по которой ты не обратилась в ночь полнолуния. Причина, по которой Гелах сияла перед тобой в ночь битвы с Себастьяном. Причина, по которой Айтне не действует на тебя, почему Каллум боролся со своим волком, — боги, почему я боролся — с тех пор, как ты появилась рядом. — Блейк сжимает меня крепче, запуская руки в мои волосы. — Думаю, ты тоже начала это подозревать. Чувствовать. Это не волка ты продолжаешь подавлять, когда тебя охватывает лихорадка. Другую силу. Волки воспринимали все буквально. Сердце превратилось в камень, застыв во времени. А что, если это не так?
Не могу поверить в то, что он говорит. Качая головой, я отвечаю:
— Даже если ты прав, сила глубоко внутри меня, и я так долго держалась за нее, что не могу отпустить.
— Дорогая, такие люди, как мы с тобой, мы не отпускаем, — говорит он, прижимаясь своим лбом к моему. В его глазах загорается волчий огонь. — Мы освобождаемся
Блейк отрывается от меня и обнажает свой меч. Встретившись с клинком Александра, меч издает звон стали. Отбросив лорда Пограничья назад, Блейк бросается на него с рычанием.