Я вывел фото ее татуировки на экран и протянул свой телефон.
Она провела пальцами по словам на экране, прошептав:
— «Абсолютное блаженство». — Взглянув на меня, сказала:
— Прекрасно, Сэм. Откуда они?
— Я закончил, — сказал татуировщик, накрыв блузкой ее татуировку. Грейс села, и я протянул ему несколько купюр.
— Нет, Сэм. Я заплачу. — У нее был такой же взгляд, как у Энджи, когда я предложил заплатить за ЭКО.
— Нет, Ты не будешь ничего платить. Я уговорил тебя сделать татуировку, и мне пришлось выбирать дизайн, поэтому плачу я.
Я отдал деньги, и через пару минут мы вышли на улицу.
— Спасибо, — произнесла она.
— Мне было очень приятно. — Мне, действительно, понравилось, что я потратил на нее деньги.
— Абсолютное блаженство? — улыбаясь спросила она. — Что это значит? Ты не сказал мне. — Она посмотрела на меня, пока мы двинулись в северном направлении.
Я засунул руки в карманы. Эти слова настолько ей подходили, словно были предназначены специально для нее.
— Они из одной книги.
— Ты заядлый читатель, — добавила она. — Это та же книга, откуда ты взял и свою цитату? — спросила она.
Я кивнул.
— Да. Из того же абзаца, даже. Ты сказала, чтобы я выбрал и цитата была как у меня. — И произнеся эти слова, я вдруг понял, что наши две татуировки связали нас навсегда, хотя я потратил много усилий, чтобы ни с кем не иметь никакой связи. Но теперь у нее на теле всегда будет то, что выбрал я. Я провел рукой по волосам. Возможно, мне следовало выбрать что-то не такое важное для меня.
— Мне нравится, — ответила она. Она казалась искренне довольной. И ее реакция была реакцией совсем не Принцессы. И возможно быть связанным с ней, было не так уж плохо.
Мы шли молча, вокруг нас гремел и грохотал, жужжа город, пока мы шли вперед, я понятия не имел, куда именно.
— Ты не хочешь мне сказать, что это за книга? — наконец, спросила она.
— «Граф Монте-Кристо», — ответил я. Но мне не хотелось рассказывать ей, что эта книга, вернее ее история, помогала мне выжить у приемных родителей. И что она давала мне проблеск надежды, что, в конце концов, все станет лучше.
И словно поняв, что я не могу ей ничего рассказать, она не настаивала.
— Когда-нибудь ты расскажешь мне больше, — произнесла она.
Я не мог точно сказать, был ли это вопрос или просто констатация факта, но взглянул на нее и кивнул.
— Ты выглядишь прекрасно, — сказал я Грейс, пока она запирала входную дверь в галерею, а я поджидал рядом.
Сегодня утром я с особой тщательностью выбирал костюм. И я предпринял очередные шаги, чтобы успеть вовремя забрать Грейс. Я знал, что поход сегодня вечером на выставку был для нее своего рода работой, но для меня сегодняшний вечер был хорошим времяпровождением с ней. Так вот значит, что означают свидания?
— Спасибо, Сэм Шоу. — Она бросила взгляд из-под ресниц, и ее щеки слегка покраснели, и мне захотелось протянуть руку, чтобы ощутить ее тепло. — Мы пойдем пешком. Это всего лишь в квартале отсюда.
Я засунул руки в карманы, чтобы не тянуться к ней, как только мы пошли вперед по улице.
— Как твоя татуировка? — спросил я.
— Хорошо, на самом деле, хорошо. Покраснение прошло. Ее вообще не видно, если только присмотреться, такое впечатление, будто слова открываются тебе. Сначала видна только вязь, а затем, прочитав, понимаешь смысл.
Боже, мне очень понравилось, как она рассматривала слова своего тату. И она сама мне нравилась все больше и больше.
— Ты понимаешь, что я имею в виду? — спросила она, радостно улыбаясь. Каждый раз, когда она улыбалась, мне приходилось сопротивляться своему желанию, чтобы ее не поцеловать.
Я кивнул, но промолчал. Мне хотелось ее слушать, таким образом, я больше ее узнавал бы.
— Я читаю твою книгу. Надеюсь, ты не возражаешь? — спросила она, смотря прямо перед собой. Улица была заполнена людьми, идущими к метро, но мы, словно находились в своем вакууме, таком спокойном и мирном, весь шум был где-то в стороне.
— Мою книгу?
— «Граф Монте-Кристо».
— О. — Я сглотнул. Разве она не читала ее в детстве? — Это не моя книга, Принцесса. Я не имею на нее прав.
— Возможно, но на самом деле, это не так. А может и так.
Возможно? Я до конца не улавливал ход ее мыслей. Миллионы людей прочли эту книгу, я не был ее монополистом.
— Я никогда не читала ее раньше, — пояснила она. — Я знала сюжет — молодой человек, ложно обвиненный в преступлении, которого не совершал, пытается выжить и спастись. — Она сжала мою руку. — Теперь я понимаю, почему она тебе нравится.
Прежде чем я успел спросить ее, что конкретно она имела в виду, мы пришли.