— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Джерин.
Вместо ответа Рикольф поднялся из-за стола и вышел из длинной залы замка на внутренний двор. Джерин последовал за ним. Рикольф остановился у колодца. Подходя к нему, Джерин чувствовал себя глупо. Если старый барон решил над ним подшутить, не стоило идти у него на поводу. Но Джерин уже это сделал. Уйди он сейчас, все будет выглядеть еще глупее.
— Что ты хотел этим сказать? — повторил он.
— Полагаю, ты не знаешь, поэтому отвечу прямо, — сказал Рикольф. — С каждым может случиться все, что угодно, но — один раз. Богам нравится сбивать нас с толку, чтобы мы не возомнили себя такими же мудрыми и сильными, как они. Однако когда человек совершает одну и ту же ошибку дважды, то причина уже в нем, а не в том, как выпадут кости.
— И ты называешь это прямым ответом? — спросил Джерин. — Да хранит меня в таком случае Даяус — или Байтон — от лукавого, если ты намереваешься занять место Сивиллы, которое она освободила.
— Сивиллы это тоже касается, несомненно, — ответил Рикольф, прислоняясь к каменной кладке колодца. — Уже во второй раз, Лис, ты похищаешь женщину, на которую не имеешь никаких прав. Первой была Элис.
Джерин раздраженно выдохнул.
— А как я должен был поступить, Рикольф? Оставить Сивиллу на съедение тем… тварям? Если бы я приехал сюда и рассказал тебе, что бросил ее, ты нашел бы другой способ связать эту историю с твоей дочерью. И обвинить меня. Я же не влюблен в Силэтр.
— Насколько я помню, в Элис ты тоже не был влюблен, по крайней мере, когда увозил ее, — возразил Рикольф. — Ты просто сопровождал мою дочь к ее дяде, живущему к югу от Керс. Но все может измениться.
— Рикольф, несмотря на то, что между нашими поместьями в последние несколько лет возникали небольшие трения, разве я когда-нибудь относился к тебе с меньшей учтивостью, чем должен относиться человек к отцу своей жены? — спросил Джерин.
Он подождал и, когда Рикольф мотнул головой, продолжил:
— Так вот, оставаясь по-прежнему учтивым, я должен сказать тебе, что ты по уши в дерьме.
После этого он осторожно сделал шажок назад. Если Рикольф вдруг решит выхватить меч, надо обеспечить пространство для драки. Лиса не слишком беспокоил сам пожилой барон, но надо было дать его солдатам понять, что он просто защищается, а не собирается убить их господина.
Рикольф уставился на него, не веря своим ушам. Он вспыхнул, лицо у него тут же стало таким же ярким, какими были его волосы, пока они не поседели. (Лис помнил, у Элис была такая же кожа. Прозрачная, как у трокмэ.) Затем, к его облегчению, Рикольф фыркнул и грубо загоготал.
— Ладно, Лис, ты победил, — прохрипел он, но добавил: — Пока, во всяком случае. Через пару лет поглядим, кто будет смеяться последним.
— О, да пошел ты, — сказал Джерин.
— Сдаюсь, сдаюсь. — Рикольф примирительно поднял руки. — Да простит меня Даяус, если я еще раз попытаюсь чему-то тебя учить. Ведь ты и так знаешь все, что написал или даже всего лишь подумал каждый мудрец с тех самых пор, как богам пришло в голову поиграть в мяч и они создали мир, дабы чем-то себя развлечь и одновременно помериться силами. Раз уж человеку все это через какое-то время приедается, то богам и подавно.
— Я бы так не сказал, судя по рассказам о них, — ответил Джерин, но решил не развивать эту тему.
Философствования разозленного Рикольфа представлялись ему настолько непривлекательными, что он посчитал за лучшее не вступать с ним в полемику.
И действительно, следующие слова тестя оказались куда приземленней.
— Зная, какие ужасные твари копошатся у тебя за спиной, ты, конечно, готов выпрыгнуть из себя, чтобы поскорее попасть в Лисью крепость, и, разумеется, не останешься здесь на ночь. Значит, тебе понадобится птица со связанными ногами и крылышками или что-то в этом роде, чтобы вой призраков не замучил тебя.
— Йо, это было бы очень любезно с твоей стороны, — согласился Лис. — Правда, в присутствии Силэтр духи смолкают. Нет, не совсем, но частично. Возможно, потому, что она долгое время была связана с Байтоном.
— Да ну?
Тон Рикольфа задел Джерина, но не настолько, чтобы его возмутить. Старый барон пожал плечами и сказал:
— Пойду погляжу, какую птицу повара могут для тебя отыскать.
Вместо курицы повара Рикольфа отдали Джерину связанную утку, которая норовила щипнуть его за руку и яростно крякала, пока он пытался запихнуть ее в дальний угол повозки. Оказавшись на месте, она продолжала возмущаться.
— Я ее понимаю, — сказал Вэн, усаживаясь на место. — Я бы тоже не обрадовался, если бы со мной так поступили.