– Это извращение, – выпалил я. – Он живой…
– И даже слышит нас. О! Если вы обратили внимание стены противоположных резервуаров зеркальны. Туллий иногда любит полюбоваться собой… таким произведением искусства. Ведь это зрелищно, оно завораживает. Жаль, что дохнут такие вот экспонаты, все же психика человеческая слаба, ой слаба. Вы согласны?
Я не ответил. А больной на голову король двинулся дальше, в следующую комнату. В мыслях промелькнули жуткие картинки, как моя кожа начинает отделяться от тела, превращаясь в кисель, затем плавится мясо, обнажая бьющееся сердце. А следом оно начинает выплывать из–под моей грудной клетки в след за расплетающимся клубком кишок…
– Не желаете со мной отужинать, мой принц? – предложил король, указывая на стол, усыпанный яствами, которые мне сейчас в горло не полезут.
Но я кивнул и послушно присел на мягкий стул, который мне предложили. Корн прошел дальше и сел в конце, напротив. Сопровождение расселось по обе стороны стола.
– За власть великого императора Эммануила! – воскликнул Корн, вознося бокал красного вина.
Все подхватили свои. Я замешкался. Но появилась полуголая служанка и подала бокал.
Приборы застучали по тарелкам, началось активное поглощение еды. Обслуга крутилась поблизости. Обычный ужин лордов, даже сам король накинулся жрать с аппетитом. А я замер, собирая разрозненные мысли в голове.
– Вы не голодны? – удивился король, заметив мое замешательство. – Или вам не по нраву наша кухня?
– Да я вот только с обеда, – ответил и пригубил бокал.
Отвращение скрыть было сложно. Моя и без того кривая морда кривилась от одного только вида еды.
– Что вы знаете о Мирэ? – вдруг спросил лорд.
Стол вдруг затих. А я замер, сказать особо нечего, пожал плечами.
– Странно, чтобы Сириус не был в курсе этого, – продолжил Корн. – Очень странно. Ну поверим вам на слово, мой принц. Вам нет причин мне врать, я уверен. Так вот, Туллий поведал мне интересную тайну. Оказывается, в Западном Оросе появился великий маг, сила которого не измеряется никакими мерами Рэи. Он одарил верховного мага Ороса эр Иллара Оросского артефактом, в результате чего тот уничтожил всю Коллегию магов, причем, играючи. Вот же кровожадная скотина, вы не находите?
– Ага.
– Так вот, – деловито заговорил дальше король, залив в горло остатки красного вина. – Есть информация, что Мирэ неподвластна даже Иллару. Об этом утверждал Туллий. Еще он сказал, что Мирэ – это девочка, которая ищет какого–то там мальчика. За него она готова платить любую цену. И этого мальчика теперь разыскиваем мы. Он ключ к Мирэ, а она ключ к власти на Рэе.
– Я об этом не знал, – признался я.
Лорд кивнул.
– Пацана мы нашли, – сказал Корн и тяжело вздохнул. – И упустили.
– Как нашли? Поиск людей, дело не быстрое, даже для магов…
– Эренниевые часы, – усмехнулся король. – Синий ремешок с розовым вплетением, так сентиментально… Мальчик даже не скрывался. Полагаем, что не знал об охоте.
Я молчал, анализируя ситуацию. Если лорд Дезранта делится своими секретами, то скорее всего я тут застрял, либо он хочет пойти на сделку. Но нужно его заинтересовать. Боюсь, что мне ему нечего предложить, у Дезранта на Рэе возможностей не меньше. Если учесть, что остался без космического корабля.
– Лорд Корн, – выдавил я. – Вы не просто так пригласили меня в свой дворец. У вас ко мне есть дело?
– Если бы, – усмехнулся тот.
Мороз пробежал по моей многострадальной спине.
– У меня есть информация, что Мирэ не человек, – выдал я. Нужно хоть как–то его заинтриговать, пока он не бросил меня в аквариум. О Великие…
Следователь всегда запоминает мелкие детали. И сейчас ко мне пришло озарение. Тварь, меняющая обличие жила в том черном куполе, в пещере, и те люди… эренниевые часы, старые да, но следы розовой нитки есть. Это косвенный признак родства или какой–то иной связи того, кто был в железном каркасе и пацана, о котором упомянул Корн. Теперь зачем–то этой Мирэ нужен еще один обладатель таких часов. Месть?! Или иной интерес?!
– А утверждали, что не знали о Мирэ, – укорил лорд, выдергивая мое сознание в реальность.
– Сопоставил факты, – быстро ответил ему. – Тварь, убивающая в Дорсене, если вы о ней слышали, моя головная боль уже несколько месяцев, а теперь узнаю о Мирэ. Думаю, это одно и то же лицо, или морда. А теперь о главном – это Дитя Великих.