Прохожу в арку… предбанник… дверь… Обошлось?! Попадаю в какой–то темный барак. Тусклый свет в дальнем углу вырисовывает слабые силуэты кроватей. Это комната слуг, не иначе. Вроде бы даже пара кроватей занята спящими. Крадусь дальше, чтобы не наделать шума.
Позади с грохотом распахивается дверь. Ускоряюсь. Слуги вскакивают с кроватей, женщины визжат. Снова двери… комнаты… коридоры… Пошли подсобки. Позади толпа тех самых солдат, которых я спокойно миновал в холе. Им сложнее бежать, их много, и им тесно.
Несусь, сломя голову, моля Великих, чтобы впереди не было тупика. Чертовы окна! Ну где же вы?! В дворцах у слуг не бывает окон, промелькнула горькая мысль. Зато если подвалы и уборные. От резкого запаха дерьма, я чуть не задохнулся. Рот упорно не хотел принимать это в себя. Темп был сбит. Сердце стучит в перепонки, затылок чувствует приближение опасности. Очередной выбор: прямо дверь, явно в коридоры дворца, а справа и слева непосредственно туалетные кабинки, куда ходят оправляться слуги.
Бежать нет уже сил, и поэтому заскочил в кабинку. Темную, с вонючей бездонной дырой посередине и почувствовал себя загнанным зайцем. Через секунд десять только деревянная дверка, держащаяся на соплях и крючке, отделяла меня от отряда преследователей. Топот сапог отдавал на деревянную ступеньку, на которой я стоял и дрожал. Толи от страха, толи он переполняющего мой организм адреналина.
– Он здесь! – раздался хриплый запыхавшийся крик неподалеку от меня. И душа моя ушла куда–то очень–очень высоко. Или наоборот. На что способен человек, загнанный в угол?!
И я вот, отключив чувство собственного достоинства, полез в дыру. Ее даже расширять не пришлось. Доски трухлявые поддались легко. В дворцах не роют ям для уборных. Тут должна быть система канализации. Дерьмо должно уходить куда–то, иначе власть заплывет еще и буквальными фекалиями…
Сапоги стали погружаться в жижу. Вскоре преодолев края сапог, она начала заливаться внутрь. Холодная, вязкая масса. Я уже с головой ушел в дыру, повторяя сам себе: трудно начать окунаться в дерьмо, когда уже там – худшее позади. Вокруг зловонная тьма. Последние остатки брезгливости стали отдергивать мои руки, в практически рефлекторных движениях, чтобы не испачкать манжеты о сочащиеся влагой стены. Ноги почувствовали опору, когда погрузился до пояса. Внизу жижа настолько плотная, что стало ясно – эта канализационная система не работает! Выхода нет…
Отчаяние пришло очень быстро. Почувствовал, как над головой открылась дверь. Дыхание замерло. Сверху постояли и ушли. Неужели не заметили?!
– Он здесь! – проревели над головой.
Я забил ногами в истерике. Жижа вдруг потянула вниз, будто засасывает болото.
Когда масса достигла шеи я задержал дыхание и закрыл глаз. Полное погружение, и потеряны обе шпаги. Одну выбросил сам, зажимая нос. Вторая выскользнула сама.
Меня несло вниз, с каждым мгновением ускоряя падение.
Легкие уже стали выдавать короткие спазмы. Еще немного, и задохнусь. Тело почувствовало свободное падение. Плюхнулся в менее плотную массу. А точнее – это была канализационная вода…
Быстро поднялся, убедившись, что вода мне до пояса, я стал истерично вдыхать смрад, а следом стирать и размазывать остатки нечистот на лице. Через мгновение меня стошнило. Минут пять, что показались мне нескончаемыми, я боролся со своим желудком, пытающимся вывернуться наизнанку и выйти через горло, сваливая от утратившего доверие хозяина…
И вот он, плотный мрак и тишина, изредка прерывающаяся падающими сверху продуктами жизнедеятельности. Идти можно было лишь на ощупь, и я пошел…
По мокрой каменной стене, из которой так и сочилась влага, плесень, грибки и что–то еще. Вскоре услышал писк крыс. Моих новых верных друзей и помощников. Если есть они, значит есть и выход наружу. Не редко натыкаясь на твердые куски чего–то, я едва подавлял рвотные позывы.
И вот он свет в конце тоннеля. Еле–еле видимый. Долгие часы, показавшиеся мне вечностью, вдоль стеночки, петляя в канализационных тоннелях, уже практически отчаявшись, что иду по кругу, наконец, кончились!
Выйдя в канаву, что сейчас была для меня благоухающим цветочным полем, после моря дерьма, поднял голову к небу. Оранжевые нити Рэи подсвечивали мне путь, и я двинулся дальше, по течению. Ибо знал, что это путь из города. Ведь, как известно все дерьмо стараются слить подальше от мест, где живут. А мне сейчас нужно быть как можно дальше отсюда.
Канавы сходились и расходились, дерьмо стекалось и растекалось. Иногда уровень вод доходил до груди. Город уже спал, но пару раз ловил на свою голову потоки помоев из ведер. Последний поток оказался с рыбной чешуей. Просто великолепно. По пути встретилась плывущая по своим делам крыска. Сперва подумал, что это бобер. Оказалась, просто здоровая крыса, бобры так не пищат.