Дальше пошли завывания, сопровождаемые раскачиванием всего тела. Безумный взгляд молодого парня, на котором еще видны остатки красного мундира гвардии Корна.
И вот пришли за мной. Ноги и без того ватные подкосились от страха. Не хотелось верить этому безумцу, пугающему монстром, который любит хрустеть… Но те ребята не вернулись, что навивает на отчаянные мысли.
Сильный рывок, и уже я разметаю песок своей спиной. Остановка, удар в плечо ногой.
– Вставай, рыцар, – прохрипел один из аборигенов. – Лежачий убит, стоячий шанс жить.
Ага, ясно. Шанс – это всегда хорошо. Поднялся кое–как. Подтолкнули.
Нас человек десять набралось.
– Не бздо, – прошептал ближайший товарищ по несчастью. – Копать ведут, там и пожрать дадут.
– А те где? – я кивнул на пустые клетки, из которых недавно забрали пленников.
– Ими пообедали, – усмехнулись в ответ. – К полудню его кормят слабыми, он засыпает. Днем идут сильные, чтобы работать. Будь сильным, дольше проживешь.
– Вот жопа, – выдохнул я, едва перебирая ногами.
Позади завизжал тот сумасшедший, что рассказывал мне про хрустящие кости. Его потащили назад.
– Вот и еда ему на ближайшие дни, – прокомментировал пленник и сипло захихикал.
Нас провели по узкому переходу, несколько поворотов и оказались в довольно большой пещере, изрезанной каменными мостиками непонятного происхождения. На дне поблескивала ровная гладь воды. Сверху на наши головы падали прямые лучи солнца, пробивающиеся через обширные трещины в потолке.
До ушей донеслись звуки каторги. Каменоломня ждала нас. Первые встретившиеся местные мужики с радостным воплем побросали свои телеги, оставляя их нам.
По моей спине прошлась палка.
Вот и надсмотрщики обозначились. Погнали дальше, вглубь низеньких пещер, раздали мотыги, указали куда стучать и что дробить. Под светом факелов мерцали чистые куски золота, будто искусственно впаянные в гранит.
Невольный восторг привел к промедлению. В результате чего по спине снова угодила палка. По два аборигена на одного работающего. У входа еще лучники и копейщики. И даже если всех перебить, куда бежать вообще не знаю, городок–то не маленький и переходов куча.
Первые удары по граниту отдались острой болью в плечах. Кисти быстро стали неметь. Позади одобрительно балакнули надсмотрщики. Разогнался…
Надолго меня не хватило. По спине я получил больше, чем сам ударил по нерушимой стенке. Эти куски золота выбить не так легко. Осознание пришло вместе с новой порцией отчаяния.
Спина уже не чувствуется, руки тоже. Глотка пересохла, картинка перед глазами плывет. Давно так плохо не было.
Упал, с мыслью – сколько не лупите, уже не встану. В животе чувствуется недомогание, тело знобит… Не сразу сообразил почему меня так быстро перестали колотить палками. Спешно удаляющиеся шаги, крики, суматоха где–то там… И весомый синхронный стук по камням, скрежет по стенам, в придачу какой–то глухо звенящий звук, не характерный для данной местности.
Перевернулся на спину. Надо мной нависла тень. В нос ударил резкий запах мха и плесени. Острая конечность стукнула о грунт у моего правого плеча, еще одна у левого бока.
Что–то зловещее смотрит на меня сверху. Едва заметный блеск озарил сетчатые глаза, много–много глаз.
– Ты молох? – прохрипел я, рисуя в голове образ здоровенного мохнатого паука с мощными челюстями. – Выспался уже? Убей сразу, ладно?
Шепот из неоткуда нарастающим шелестом… визг вдруг ударил иглами в мозг. Лишь на миг. Но сознание успело помутиться. Гул… нечленораздельные звуки, быстрый темп, медленнее… еще медленнее... мой мир остановился. Неужели это и есть смерть?! Пока тебя жрут…
«…прикосновение руки создателей. Отклик сознания получен», – раздался отчетливый голос в моей голове металлическим шелестом. Возникло ощущение, что кто–то пытается найти со мной общий язык. Хочу пошевелиться, но тела нет, одно круглое серое сознание перед пульсирующей красной точкой.
«Тот, кто испытал прикосновение руки создателя является неприкосновенным существом… Страх смерти помеха мыслить рационально.»
– Молох? Ты? – раздался мой голос. Я хотел сказать, но вроде бы еще не делал это физически. Губ–то нет!
«Испытавший прикосновение руки создателя имеет не верное представление вложенное в понятие «Молох». Я определение, как боевой робот ахэи, бионическая основа. Ресурс два процента, примерный срок…»
– Так, стоп. Ты говорящий искусственный паук? Созданный теми, кто создал мехаров? – я перебил этого урода, потому что страх улетучился мгновенно. Не понимаю, как–так вышло, что перестал чего–либо бояться.