– Тебя это не касается.
Таисса прикусила язык.
Некоторое время они молчали. Дир явно не хотел говорить о её судьбе.
– Что будет с Александром? – светски спросила Таисса. – Раз уж мы перебираем старых знакомых?
– Опять-таки не твоё дело, но я скажу. Он официально снят со всех должностей и приговорён к пожизненному испытательному сроку: стоит ему пойти против воли Совета ещё хоть раз и начать интриговать за нашей спиной, он об этом пожалеет. В отношении других Светлых мы свободны в выборе наказаний, в конце концов.
Таисса молча кивнула.
Дир долго смотрел на неё.
– Я знал их, – вдруг сказал он прежним отрешённым тоном. – Евгению, Витаса, Дору. Я работал с ними бок о бок. Ты тоже их видела, и не раз.
Светлые, погибшие во взрыве. Таисса запомнила их имена наизусть.
– Ты хочешь сказать, что я виновата в их гибели.
Дир глубоко вздохнул:
– Я снова сообщаю тебе закрытую информацию, – с насмешкой сказал он. – Кажется, я сошёл с ума.
Таисса наклонилась вперёд:
– Какую?
Дир отклонился назад, прочь от неё, и его лицо приняло холодное выражение.
– Виновата не ты. Ошибку совершили мы. Точнее, её совершил Александр.
– Какую ошибку?
– Документы были инициативой Александра. Никто из Совета не собирался передавать Майлзу Лютеру оружие такой силы. Я пришёл в ярость, узнав, что Александр забрал эти разработки с собой. Превращать Тёмных в сверхсильных камикадзе, которым нечего терять? Да это чистое безумие.
– Вообще-то, да, – осторожно согласилась Таисса. – Но что, если бы Тёмные и впрямь сделали для вас всю грязную работу, как и надеялся Александр? Научились бы увеличивать силы надолго, а вы перехватили бы у них эти знания?
– Что толку об этом говорить теперь? – вопросом на вопрос ответил Дир. – Главное, у нас есть пятеро Тёмных, принявших препарат.
– Откуда ты это знаешь?
– Ну, для начала во время бегства твой отец достаточно ясно обрисовал Тёмным их перспективы, и практически все перешли на его сторону.
Таисса усмехнулась:
– У моего отца есть дар убеждения.
– Есть, – согласился Дир. – Но едва субмарина пристала к берегу, пятеро бежали, отбиваясь с необыкновенной силой, и твой отец чуть не погиб, пытаясь задержать одного из них. Естественно, он предусмотрел, что будут беглецы, и субмарину встречали, но силы явно оказались неравными. Эйвен передал нам эту новость мгновенно, надо отдать ему должное, но поймать их мы не успели. Да и как мы могли успеть?
В сейфе у Лютера оставалось как раз пять ампул. И как только Вернон передал отцу копию документов Светлых, тому осталось лишь добавить нужные препараты в необходимой дозировке. И сделать инъекции.
– Пятеро Тёмных, верных Майлзу Лютеру, – упавшим голосом сказала Таисса. – Сверхсильных и неуязвимых. Вот почему они выбрали пять городов.
– Это ещё не самое худшее.
– Что может быть ещё хуже?
– Они забрали Майлза Лютера с собой.
Таисса в ужасе прикрыла рукой рот. И тут же нахмурилась.
Майлз Лютер не мог приказать своим Тёмным устроить эти взрывы. Просто не мог: нанораствор превратил бы его существование в пытку, пока он не отменил бы приказ, а если бы этого сделать не удалось, его ждала бы верная смерть.
Но кто сказал, что ему вообще нужно было что-то делать? Что ему мешало отпустить пятерых Тёмных в свободное плавание, не дав даже намёка на то, что делать дальше?
Таисса готова была ручаться головой за то, что он так и поступил.
– Это катастрофа, – сухо сказала она. – Мы уже видели, на что они способны. И виноват в этом Александр. Он выпустил их в мир, он дал Лютерам ключ к могуществу, и каждый погибший – на его совести. Почему он ещё жив и на свободе?
– Почему ты всё ещё жива и на свободе? – вопросом на вопрос ответил Дир. – Потому же, почему и Александр. Существует цель, высокая цель, о которой ты знаешь: мир, в которым каждый рождён Светлым. Александр может быть злодеем, преступником, убийцей, которого необходимо ограничить в правах и обезвредить. Но больше, чем он, ради этой цели не сделал никто на планете.