– Да, – с облегчением выдохнула Таисса.
– Люблю послушных девочек, которые заглядывают туда, куда им не следует. Ума не приложу, что бы я стал делать, если бы вы двое сюда не притащились. – Он засмеялся. – Впрочем, знаю: прислал бы к вам подружку. Хотя в последнее время у меня с подружками наблюдается явный недостаток. Как-никак, приходится стремиться к гармонии и вечному и бежать грязных соблазнов вроде кальяна и полуобнажённых нимф. Впрочем, что я всё о себе? Так что, помочь вам найти Майлза Лютера?
– Да!
Таисса и Павел переглянулись: они сказали это одновременно.
– Хорошо, дети мои. Подойдите ближе.
Над линком вспыхнул голографический экран, на котором мерцал кусочек карты. Приглядевшись, Таисса увидела название городка – Рюссельсхайм.
– Запоминай адрес, Тёмная. Переспросить не получится.
Ей хотелось задать ему миллион вопросов. Хотелось обнять и закричать от радости.
– Кто там, в этом городке? – вместо этого спросила она.
– Могу сказать, кого там точно нет. Майлза Лютера, к примеру, там нет ну вот совершенно.
– Тогда – что?
– Ммм. Как бы тебе так сказать-то. Ну, скажем, там… моя амнистия.
– Что? Там – что?
Шелестящий смех.
– Обожаю наивных девчонок, задающих бесполезные вопросы. Если хочешь узнать насколько, сообщи своим Светлым этот адрес, и мы увидимся гораздо быстрее, чем ты думаешь. Если, конечно, они по своему идиотскому обычаю не понесутся туда всей толпой в развевающихся плащах, чтобы сорвать все мои планы.
– И это всё, что ты можешь мне сказать?
– Во имя Великого Тёмного, а чего ты ждёшь? Печень Лютера в стразах на подносе? – Таисса услышала знакомые резкие интонации. – Пошевеливайся, девочка, я не могу ждать весь день.
– Подруга, может, хоть намекнёшь, кто этот парень? – поинтересовался Павел. – Что-то от его мешка с подарками пахнет вовсе не дорогим одеколоном. По крайней мере, я бы ему верить поостерёгся.
– Тебе не стоит знать, кто я, это слишком мрачные тайны, – посоветовал ему голос из линка. – К тому же, раз мне, как ты понял, до зарезу нужна амнистия, вряд ли я так уж жажду выйти на сцену в одном фиговом листке: на этом листке хотя бы должна быть печать Совета, а то и три. Тёмная, ты всё поняла? Я могу отключать связь или ты будешь рыдать на моём электронном плече, пока не прилетят Светлые?
– Я всё поняла, – выдавила Таисса. – Только… почему ты сам с ними не связался?
– Чтобы они аккуратно спрятали мою наводку к себе в карман, а меня сожрали на десерт? Нет, крошка, мне нужны свидетели, которых не заткнуть. Так что пусть твой друг ещё раз внимательно посмотрит на этот адрес своими окулярами, потому что его мнение очень важно для меня, – голос хмыкнул. – На самом деле нет, но пусть будет.
Он снова засмеялся, и с коротким щелчком связь разорвалась.
В следующий момент линк зашипел, и из него повалил дым.
Всё. Светлые не извлекут из него ничего полезного.
– Ну что, – бодро сказал Павел, – вот мы, кажется, и нашли себе приключение.
– Нашли, – со вздохом согласилась Таисса.
Она повертела в руках обгоревший линк, по которому с ней только что разговаривал… некто.
Некто, с кем она очень хотела поговорить ещё раз. И прошептать его имя.
– Слушай, хоть намекни, что это за демон-соблазнитель с подружками и фиговыми листками? – заговорщицким тоном сообщил Павел. – Интересно же.
Таисса вздёрнула бровь:
– Кому намекнуть? Светлым, которые нас слушают? Он же запретил.
– Ну, адрес-то он нам уже дал, – резонно возразил Павел. – Что он теперь тебе сделает?
– Не пришлёт ещё одну нужную наводку, например.
Павел вздохнул:
– Да, тут ты меня уела. Ладно, будем ждать, пока этот парень получит свою амнистию… что за амнистия, кстати?
– За поимку Майлза Лютера и каждого из троих мерзавцев, которые напали на отель вчера. Которые взорвали штаб Светлых и далее по списку.
– Четыре амнистии, – присвистнул Павел. – Очень даже.
Таисса сглотнула. Она даже не подумала…
…А должна была подумать. Павел, она увидела по его глазам, подумал об этом моментально.