– Нет. Я его знаю? Он ведь даже ещё не прилетел.
Павел вздохнул:
– Неважно. Когда встретитесь, тогда и встретитесь. Лучше скажи, что мы делаем?
Таисса взглянула на него:
– Я думала, это очевидно. Светлые захотят уничтожить всех, кого здесь найдут, но пока здесь лишь мы, и нам стоит этим воспользоваться. Майлз Лютер – Тёмный, а мы представляем Тёмных и бывших Тёмных. Это шанс на переговоры.
– Опасные переговоры, – заметил Павел.
– Мой отец дал тебе другие указания? – тихо спросила Таисса.
Он покачал головой:
– Действовать в соответствии с обстоятельствами. А обстоятельства, пожалуй, таковы, что другого выхода у нас и впрямь нет. Потому что, когда прибудут Светлые, шанса на разговор не будет вообще.
– Только допросы и пытки, – тихо сказала Таисса. – И возможность уладить всё мирным путём исчезнет. Майлз Лютер будет посылать детей вроде Венди Аткинс на смерть, продолжит убивать, и кто знает, к чему это приведёт?
– Нам предстоят тяжёлые переговоры, – заметил Павел.
– Или почти безнадёжные. Но попробовать всё равно стоит.
Таисса открыла дверь, наполовину ожидая, что на неё повеет запахом мочи и гнилых овощей. Но воздух был совершенно свежим, лишь слышался далёкий гул: где-то работали мощные вентиляторы.
В зале с низким потолком царила полутьма. За барной стойкой сидела молоденькая брюнетка, скорее раздетая, чем одетая. Столиков было немного: очевидно, Тёмные не любили компаний.
И чужаков здесь не любили тоже: едва слышный звон раздался из-за стойки, и в стене открылась неприметная дверь, откуда вышли сразу трое здоровенных парней.
Тёмных.
Таисса подавила инстинкт попятиться. Вместо этого она скрестила руки на груди.
– Ну? – поинтересовалась она. – Проводите за столик?
Она порадовалась, что её элегантный брючный костюм почти не пострадал. Нет, сюда её пустили бы в чём угодно, но чтобы произвести впечатление на Тёмных, нужен был лоск.
– Рановато вы пришли, – грубо сказал один из парней. – Мы только через час открываемся.
– Значит, у вас будет полно времени, чтобы предупредить кого надо, что здесь дочь Эйвена Пирса.
Имя её отца произвело ожидаемое магическое действие. К столику их проводили почти мгновенно.
– Передайте тому, кто здесь заправляет, что мы пришли не драться, – негромко произнесла Таисса. – Просто поговорить.
Один из парней мрачно посмотрел на неё, но кивнул.
– Бутылку текилы, – позвал Павел. – Рюмки, нож и два лайма.
– Напьёмся, – предупредила Таисса.
– Или сделаем вид. Тёмные будут думать, что мы безобидны.
Таисса не стала спорить. Она не пила ничего крепче вина, и даже от того была не в восторге, хотя её мать слыла тонкой ценительницей. Впрочем, этого стоило ожидать от роскошной светской красавицы и эффектной актрисы, не раз блиставшей и на раутах для избранных, и в пикантных фотосессиях.
Пока Светлые не изуродовали её жизнь.
Задумавшись о матери, Таисса резко вздрогнула, заметив, что к ним приближаются трое Тёмных. Впереди шёл не особо примечательный парень лет семнадцати. В лицо Таисса его не знала.
– Где документы? – без предисловий начал он, опершись на столик обеими руками.
– Какие?
– Бумаги, с которыми прилетел твой полномочный инспектор. Где они?
– Может быть, мне кто-нибудь расскажет, что это были за документы? – поинтересовалась Таисса. – Мой спутник, с которым мы прилетели во Франкфурт, сами знаете, ничего рассказать уже не может.
Тёмные переглянулись.
В следующий миг вожак-Тёмный перегнулся через стол на сверхскорости и содрал линк с руки Таиссы, а потом смял его в ладони так, что послышался треск ломающегося металла. Второй Тёмный, не церемонясь, шлёпнул на запястье Павла портативный подавитель сети, и Таисса с холодком вспомнила, что в подобные глушители часто закладывали взрывчатку, чтобы их нельзя было снять, не введя нужный код.
– Документы, – бросил Тёмный. – Расскажешь, где они, – и, может быть, мы позволим тебе дожить до тех пор, пока их не привезут сюда.