Он достал из рюкзака металлический кляп, оплетённый титановыми нитями.
– Давно хотел испробовать эту штуку на тебе, – ядовито сказал он. – Обойдёмся без поцелуев, правда?
Таисса вскрикнула, когда рука с кляпом зажала ей рот и в плоть вцепились металлические позвонки. Кляп был похож на паука, вгрызающегося в неё смертоносной паутиной.
– Боль, шок, остановка сердца, если ты вздумаешь трепыхаться, – перечислил Вернон. – И – о, я забыл самое интересное: захлёбывание собственной рвотой. Тебя уже тошнит, Таисса-молчунья? Меня – да.
Таиссу и впрямь мутило. Радиация начала своё действие. И пусть её иммунитет был куда более могучим, чем у человека, ей было страшно.
Особенно потому, что она не могла ни пошевелиться, ни закричать.
Вернон наклонился над ней.
– Я собираюсь продать тебя в рабство, чтобы получить пропуск к моему отцу, – чётко сказал он. Его глаза с расширенными зрачками впились в её лицо. – Мне плевать, выживешь ты или нет. Ты лишь кусок мяса, созданный для того, чтобы я получил власть. И для удовольствия. Моего или нет – посмотрим.
Нейросканер на её груди не завибрировал ни разу. И ни разу Светлые не уличили Вернона во лжи.
Он говорил правду, когда издевался над ней. И сказал правду только что.
Если он хотел, чтобы её ярость потеряла берега и пределы, он своего добился.
Её переполняло единственное желание. Отомстить.
Онемение добралось до ног: Таисса почти не чувствовала собственного тела. Она могла шевельнуться, могла чуть приподнять кисть, но это было бесполезно.
Всё было бесполезно.
Оставшееся время Вернон молчал. Когда окончательно стемнело, он сбросил рюкзак с крыши и встал.
– Вот-вот начнётся, – бесстрастно произнёс он. – Какие-нибудь слова напоследок? А, да, совсем забыл.
Он с усмешкой посмотрел на Таиссу.
– «Верь мне», – передразнил он. – Поверить не могу, что это сработало.
В мозгу Таиссы сверкнул лучик сомнения. Мог ли Вернон обмануть нейросканер? Хоть как-нибудь?
В следующую секунду все её сомнения рассеялись.
Вернон наклонился к её уху.
– Всё кончено, – шепнул он. – Знакомые слова, не так ли?
– Что, снова с ней цацкаешься? – прозвучал сверху грубоватый голос. – И не надоело?
Таисса задрала голову, но смогла разглядеть только тёмную фигуру.
Вернон распрямился, не оборачиваясь.
– Привет, Эрик. Сколько лет, сколько трупов.
– Как ты меня вычислил?
– Я похож на идиота? Я запоминаю, что мне говорят. А твоя девочка была хороша на фото.
– Попытаешься её тронуть – отрежу голову.
– Принято. – Вернон указал на крышу. – Располагайся.
Эрик тяжело приземлился. Под его ботинками хрустнула черепица, и Таисса вдруг его узнала. Тот самый Тёмный с широкими скулами, что схватил её и хотел утащить с собой. Её спасло только вмешательство Дира.
Горло Тёмного скрывала повязка, на руке блестели фиксирующие нити. Но он выглядел вполне здоровым – и готовым убивать.
Он пнул её в бок так, что она чуть не слетела с крыши. Вернон в последний момент успел подхватить её носком ноги.
– Полегче, – спокойно сказал он. – Ещё успеешь.
– Что тебе надо?
– Я заразил своего отца нанораствором. Теперь я хочу снять урожай.
Эрик презрительно засмеялся:
– Хочешь, чтобы я провёл тебя к нему, чтобы ты мог занять его место?
– В замке Светлые украли мою победу своим дурацким штурмом, но я настырный. – Вернон развёл руками. – И я знаю, как лучше действовать.
– И как?
– Изолировать моего отца. Полностью. Я не собираюсь рисковать его жизнью, а с вами, идиотами, он умрёт наверняка.
– Это с какой стати?
– С такой, что вы будете допекать его, требуя указаний и приказов. И восьмой, двадцатый, сотый приказ окажется фатальным. – Вернон кивнул на Таиссу: – Эта девчонка умирала раза три и спасалась только потому, что вокруг неё бегала армия спасателей с противоядиями и уговаривала скушать ещё ложечку. Но рядом с моим отцом не будет никого.