– Получу, – согласился Вернон. – Если не заберу заложников, не возьму вас под своё крылышко и не спрячу своего отца подальше. А я намерен сделать именно это.
Он указал на Таиссу:
– Проверь, если не ленишься.
Нейросканер на груди у Таиссы даже не пискнул.
Эрик склонился над Таиссой и сорвал прибор с её груди.
– Дважды два – три, – сообщил он.
Нейросканер тут же завибрировал.
– Дважды два – четыре.
Нейросканер молчал.
– Хорошо, – кивнул Эрик, отбрасывая его в сторону. – Будем считать, что первую проверку ты прошёл. Но я не советую тебе проходить вторую. Ты нравишься мне, парень, так что я предупрежу тебя в последний раз: можешь уйти. Оставь девчонку и уходи. Ты так хочешь поговорить с Майлзом? Ты оттуда живым не выйдешь.
– Выйду, – уверенно сказал Вернон. – И вы мне поможете. С Майлзом вы будете сидеть на своих задницах, пока не отправитесь на кладбище. Я достану вам победу. Мой отец этого не сможет сделать физически: едва он начнёт помогать вам, он обречён. Доверьтесь мне, парни. Или проиграете.
– Смотри, – пожал плечами Эрик. – Я предупредил.
Он шагнул к Вернону и быстро пробежал по его телу портативным сканером. Потом наклонился и сделал то же самое с Таиссой, ухмыляясь и глядя ей в глаза. По её телу пробежала дрожь.
Наконец Эрик кивнул и выпрямился.
– Стойте спокойно, – сказал он. – Я свяжусь с Майлзом.
Он взмыл в воздух.
– Прекрасная ночь, – негромко заметил Вернон. – Если хочешь увидеть утро, Таисса Пирс, у меня есть для тебя один совет.
Он скользнул по ней взглядом.
– Возможно, этот совет тебе и не пригодится, но я тебе его дам. На всякий случай. Кивни, если хочешь его услышать.
Таисса моргнула.
– Моргание – знак согласия, – кивнул Вернон. – Так вот, если тебя спросят под нейросканером, послали ли нас Светлые, ты скажешь, что Светлые нас послали, а я их обманул. Ведь это правда? Кивни, это важно.
Она не шевельнулась.
– Мне прочистить тебе уши серной кислотой? Отвёртка в ухе, я слышал, тоже творит чудеса. Кивни, или мне придётся попробовать.
Таисса, не отрывая от него ненавидящего взгляда, кивнула.
– Чудно.
Вернон наклонился над ней так близко, что кончик его носа почти касался её лица.
– Я обманул Светлых, – прошептал он ей. – И больше на них не работаю. Но если ты умная девочка, ты сделаешь так, чтобы Майлзу Лютеру вообще не понадобилось задавать тебе этот вопрос.
Он качнулся назад и уселся рядом с ней.
– Хотя куда уж тебе, – философски заключил он. – Всё приходится делать самому.
Эрик мягко приземлился обратно на черепицу.
– Взлёт разрешён, – сообщил он. – Готов?
Вернон пару секунд молчал и смотрел на Таиссу, словно прикидывая что-то.
– Ладно, – легко сказал он. – Летим.
Таисса вдруг поняла, что он так и не сказал Эрику про радиоактивные метки. Как это согласовывалось с тем, что он якобы обманул Светлых? Как?
Но эта мысль тут же вылетела у неё из головы. Эрик закинул её на плечо, как мешок с мукой, и сжал так, что Таисса чуть не потеряла сознание.
– Да, кстати, – небрежно сказал Вернон. – Ты хочешь, чтобы нас стало не четверо, а двадцать? Сто?
Эрик хмыкнул:
– Пожалуй, что и да.
– Тогда ты будешь следить за тем, чтобы этой девочке даже палец не прищемило.
Таисса почти физически чувствовала, как в голове Эрика проворачивались жернова мыслей. Наконец тот вновь хмыкнул:
– Как Майлз скажет.
Таисса видела только ноги Вернона. А потом Вернон оттолкнулся от крыши, Эрик – вслед за ним, и они взмыли в ночное небо.
Резко похолодало: облака остались внизу. Таисса висела головой вниз, её тошнило, в глазах было темно, и, что было хуже всего, у неё не было ни малейшего представления, что ей делать дальше. На Вернона, разумеется, она рассчитывать не могла – это было бы просто смешно. Тогда что? Ждать, пока их найдут Светлые?
Что-то ей подсказывало, что ждать придётся долго.